Лис. Мир тысячи солнц

И ничего я с ней сделать не могу. Пока. Для её снятия надо успокоиться, а не на девушку смотреть. А то проблема встанет ещё больше и больнее. Да и штанов других у меня нет.

А ей хоть бы хны. Скачет в воде, бултыхается, ныряет. Русалка. Ещё и машет, чтобы я присоединялся. Выручил меня… дракон. Он пролетел над озером, как позавчера, может тот же, а может и другой. Девочка пулей вылетела из воды и спряталась в хижине. А дракон, как и в прошлый раз, не обратил на нас никакого внимания и, не торопясь, скрылся за деревьями.

И только тогда Джейн вышла наружу и направилась к воде. Господи, до чего же красива, бестия белокурая. Кожа не белая и не смуглая, а какого-то золотистого оттенка. И, как будто, немного светится. Ноги длинные, то, что говорится «от коренных зубов». Грудь может и не идеальная, в общем понимании, но абсолютно идеальная для меня. И по размеру, и по форме. Не слишком большая, но и не маленькая, упругая, с темно-розовыми маленькими ореолами задорно торчащих сосков.

Короче – полный отпад.

А она идёт себе. Спокойно так, словно одета по-человечески. Чё-ё-ё-рт! Подошла, подняла платье и тут, краем глаза глянула на меня. И глаза у неё смеялись, как ненормальные. А, спустя секунду, хохотала и она сама, снова уронив платье на песок. А я, совершенно внезапно, разозлился. Это что ещё за шуточки такие? Я к ней, понимаешь, со всей душой, а она такое вытворяет. Вот сейчас схвачу в охапку и поволоку в хижину. Интересно, будет ей смешно по-прежнему?

Честно говоря, я и сам не знаю, что на меня накатило.

Сначала восхищался, потом вот слюни пускал от восторга и вдруг…. Опомнился я буквально через пару секунд и дал (мысленно) себе в ухо. За непотребство. А следом посмотрел на Джейн. Уж не знаю, что она увидела у меня в глазах, но сейчас она из богини, какой была только что, превратилась в маленькую испуганную девочку.

Сидела передо мной на корточках, вся сжавшись в комочек и закрывшись платьем, как щитом. А в распахнутых глазах плескалось целое море, из страха, непонимания, растерянности и обиды.

Ох, как же мне стало хреново. И что теперь делать – ума не приложу. Я резко развернулся и сел на песок, спиной к девочке. Просто, чтобы не видеть этот взгляд. Сказал глухо, как из-под брони:

– Извини, Женечка! Сам не понимаю, что это было, извини. И запомни – я никогда тебя не обижу. Никогда, слышишь?

Какое-то время, я не знаю сколько, ничего не происходило.