Исход в Беловодье

– Пообещай мне, что будешь скармливать мне плесень… и размножать ее, как я тебе показывал… – едва ворочая языком, чувствуя что вот-вот отключится, попросил Алексей.

– Елисей…

– Пообещай!

– Обещаю…

Алексей продержался во вменяемом состоянии еще сутки, после чего погрузился в пучину полусознательного существования, то погружаясь в горячечное состояние и бредя, то немного всплывая и озираясь бессмысленным взглядом не понимая, где он и что он.

– Пей Елисеюшка…

Алексей пил.

Потом видел, как Матрена склонилась над ним с ножом в руке. Боли от разрезов практически не чувствовал.

– Давай помолимся господу нашему о милости исцеления Елисеюшка! – рыдала над ним женщина.

– Давай…

Вот только из-за воспаленного сознания, начал читать не совсем ту молитву, что требовалось, а из бытности свою сектантом, кою выучил в детстве:

– Великий Велес! Отец наш!

Как обращался раз за помощью спасти меня,

Так и прошу сейчас!

Боги Рода, помогите!

К жизни верните!

Исцелите и сохраните!

Все плохое, все болезни ветром унесите!

Водой размойте! Огнем сожгите!.

– Молчи! Молчи! – запричитала запаниковавшая Матрена, хотя все происходило в бане и никто их услышать не мог.

А Алексей все не унимался.

– Милосердная мать Жива,

Ты есть сам Свет Рода Всевышнего,

Что от болезней всяких исцеляет!

Взгляни на внука Даждьбожьего,

Что в хвори пребывает.

Пусть познаю я причину болезни своей,

Пусть услышу голос богов,

Что сквозь хворь говорят,

И на стезю Прави направляют…

Узри богиня, что постигаю я истину,

А от этого здоровье и бодрость ко мне возвращается.

Долголетие в теле утверждается, а болезни отступают!

Пусть будет так!

Слава великой Живе!

Матрена смотрела на своего пациента, вновь погрузившегося в бессознательное состояние Елисея и что-то нечленораздельно забормотавшего, круглыми глазами.

Несмотря на все старания священников вера в старых богов все еще теплилась в душах людей, особенно в отдаленных местах, куда священники лишний раз не заглядывали. Вот и в Матрене в этот момент что-то перевернулось.