Голубой пакет

Стремительно вошел начальник отделения капитан Дмитриевский. Молодой, быстрый, он подал полковнику расшифрованную радиограмму и сказал:

– От Чернопятова.

– Садитесь, – сказал Бакланов, прошел за стол и стал читать полученное сообщение.

Вдруг он поднял глаза на Дмитриевского и строго сказал:

– Я уже предупреждал вас… Не докладывайте телеграмм частями. Когда будет окончание? Ведь это же не конец? – он наклонился над текстом и прочел глуховатым голосом: – «Предлагаем два варианта.

Первый: высылайте человека по известным явкам, паролям…» А дальше?

– Гореловский корреспондент оборвал передачу на этом месте без предупреждения, – доложил капитан. – И больше в эфире не появляется, несмотря на наши позывные.

Черные и густые, точно наклеенные, брови Бакланова строго сдвинулись.

– Оборвал? – переспросил он.

– Так точно.

Бакланов отложил папиросу и уставился глазами в темное пятно небольшого окна. Потом он снова пробежал телеграмму глазами и забарабанил пальцами по столу.

– Черт возьми! – бросил он немного погодя. – Вы понимаете, какие ценные материалы захватили ребята? Мы знали, что по личному указанию Гитлера видный конструктор фон Тротте работает над созданием нового, сверхмощного танка, но не знали, что его назовут «драконом» и что он уже готов. Готов и прошел испытания. Да… – Бакланов вновь энергично забарабанил пальцами. – Молодчина Чернопятов, порадовал! Теперь дело за нами.

Нельзя терять ни минуты. Пока фашисты наладят серийное производство «драконов», наша промышленность обеспечит армию специальными снарядами, которыми можно будет обломать клыки новому зверю. А для этого мы должны знать его сильные стороны и уязвимые места. Хм… Как же мог прерваться сеанс?

Капитан Дмитриевский пояснил: сеанс начался в ноль шестнадцать и неожиданно прервался в ноль двадцать одну минуту. Дежурный оператор подозревает, что гореловский корреспондент пытался передать знак «Мне угрожает опасность», но, по-видимому, не успел.

Правда, оператор не совсем уверен в этом, так как смог принять только одно слово «мне», которое тот передал открытым текстом. Армейский радиоцентр вызывал гореловского корреспондента два часа подряд, но безрезультатно… Дежурный оператор и сейчас слушает.

– Уж коль он перешел на открытый текст, – заметил Бакланов, – то, видно, неспроста.