Крик болотной птицы

Мы разберемся… Каждое сообщение начинать словами… ну, скажем, такими: «Иволга поет». А дальше – о сути. Все понятно?

– Так точно, – почти в один голос ответили Стариков и Лысухин.

– Вы – боевая группа, – сказал Корчагин. – В каждой боевой группе должен быть старший. Старшим назначаю майора Старикова… Да, и еще, о нашей встрече и вашем задании – никому ни слова. Ни устно, ни письменно, ни даже полунамеком.

– Ну, на этом все, – сказал мужчина в маскировочной одежде и поднялся. – Готовьтесь.

Переправлять на место вас будем не мы, а другие товарищи. Всего вам доброго и всяких успехов. Надеюсь, что когда-нибудь мы еще встретимся.

– Помнится, точно такие же слова сказала мне передовая трактористка после того, как я ее успешно сагитировал. – Лысухин улыбнулся своей обычной улыбкой – искренней, дурашливой и в то же время чуть-чуть хитроватой. – Именно такие – точь-в-точь!

– И что же – встретились? – спросил мужчина в маскировочной одежде.

– Не успели, – вздохнул Лысухин.

 – Потому что невпопад случилась война. А война – это сплошные расставания. Встречи будут после победы. Так что – встретимся, когда победим. И с передовой трактористкой, и с вами тоже.

…День близился к исходу, красное, совсем даже не весеннее солнце барахталось в темно-синих облаках, сгрудившихся на западной части неба. Воздух, пронизанный холодком, казался созданным из какого-то невиданного тончайшего хрусталя.

– Заморозками пахнет, – сказал Стариков.

 – И снегом.

– Да-да, – рассеянно согласился Лысухин. – Заморозками и снегом… А нас ждут веселые приключения. Уж такие веселые, что и не описать.

Стариков ничего на это не ответил, лишь искоса взглянул на Лысухина.

– А ты на меня не косись, – скривился Лысухин. – Ты лучше косись на самого себя. А я что ж? Я готов. Просто я сейчас в задумчивости. Размышляю.

– И о чем же, если не секрет? – спросил Стариков.

– Не секрет, – ответил Лысухин. – Но вот сказать не смогу.

Потому что это лирические размышления. А разве их выразишь словами? Да и когда на такие темы размышлять, если не сейчас? Дальше, думаю, будет не до лирики.

Глава 5

Через два дня Старикова и Лысухина на самолете перебросили в партизанский отряд, который располагался в глухом лесном урочище и был с трех сторон окружен болотами. Казалось бы, болота – это сплошное неудобство и даже, если вдуматься, погибель для отряда.