Джура

Мимо Максимова проносились всадники. Они осторожно сближались. Гремели выстрелы. Басмачи поскакали в горы, но попали на затопленное поле и, спешившись, скрылись в придорожных кустах.

– Как себя чувствуешь? – спросил Максимов, освещая электрическим фонариком лицо Хамида.

Хамид молчал. Его губы были в крови.

– Как чувствуешь себя? – опять спросил Максимов.

– В живот ранен. Плохо, – простонал Хамид и закашлялся, захлебнувшись кровью.

– Эх, не заметил раньше! – сказал Максимов сокрушенно, нагнувшись над Хамидом.

– Тагай, – прошептал Хамид еле внятно, – в тебя стрелял… в меня стрелял… У Тагая фирман Ага-хана есть. Он много замыслов Черного Имама знает. Поймаешь его – узнаешь много… А я теперь умирать буду.

– Хамид, я не хотел, чтобы рука Черного Имама достала тебя. Я думал, ты сам приедешь ко мне.

– Я уже ехал к тебе… – с трудом проговорил Хамид.

– Скажи мне сейчас, какой последний фирман послал Ага-хан своим пасомым, какой приказ он дал Черному Имаму? Не таись, я знаю, ты имеешь великий чин исмаилитского генерала Дайями…

– Разве об этом мои мысли? Дай умереть спокойно…

– Ты не умрешь.

– Сын мой? Что ты о нем знаешь! Он исчез пять лет назад. Он умер.

– Он жив. Он солдат Красной армии, служит на Дальнем Востоке и стыдится твоего имени. Если ты все откроешь мне, я напишу ему: твой отец пал в бою с басмачами Тагая. Я напишу об этом в газете, которую читают миллионы людей.

– А моя семья? Длинны руки Ага-хана и его Черного Имама!

– Я переселю твою семью в Узбекистан. Там исмаилиты ничего не сделают твоей семье.

– Ты не знаешь исмаилитов. Им известно даже расписание смены на пограничных постах.

– Расскажи мне все о Тагае, и я отомщу за тебя и за всех, кого он убил. Кто он?

Воцарилось молчание. Наконец Хамид открыл глаза и произнес:

– Ага-хан хотел назначить Тагая Верховным Дайи, вместо того чтобы назначить меня… Дайи имеет право повышать истинно верующих в сане… А сам Тагай хочет стать… У него… фирман Ага-хана…

– Кем хочет стать Тагай? А Черный Имам? Как зовут его в жизни? Хамид, очнись!

– Это имам Балбак… в правой глазнице у него искусственный глаз.

– А пиры? Ты ведь должен знать пиров и их помощников. Назови же их. Где они? Кто?

Хамид попросил пить.

– Потерпи, я отвезу тебя в больницу, – говорил Максимов, – ты будешь жить.