Лжедмитрий. Царская плаха

Клешнин ввел в залу крупного мужчину с простецким лицом, жестокими хищными глазами, в одежде зажиточного посадского.

– Долгих лет тебе, боярин. – Дьяк поклонился в пояс.

«А такой, пожалуй, на все пойдет, коли знать будет свою выгоду».

– И тебе долгих лет. Назовись!

Гость представился, хотя в этом не было особой необходимости. Так наказал ему Клешнин.

Годунову пришлось по душе, что дьяк не тушуется, сосредоточен, спокоен. В нем чувствуется сила. Злая.

– Подойди, дьяк, ближе, сядь на лавку. Разговор у меня к тебе серьезный и тайный!

– Слушаюсь, боярин.

 – Битяговский сел на лавку, положил руки на колени, поднял голову.

Он приготовился слушать влиятельного боярина, близость к которому сулила ему большие выгоды или лютую смерть. Но это как Господу угодно. Все в руках Божьих. Коли быть беде, от нее нигде не спрячешься. От судьбы своей еще никто не уходил. Дьяк выбрал службу могущественному боярину.

– Оставить вас наедине, Борис Федорович? – спросил Клешнин.

Годунов усмехнулся.

Да, человек догадливый и хитрый. Зачем ему знать то, от чего пострадать можно?

– Да, Андрей Петрович, езжай к себе, время позднее. Благодарю тебя.

– Рад служить, Борис Федорович. До свидания.

– До свидания.

Клешнин покинул залу.

Борис повернулся к Битяговскому и спросил:

– Что тебе ведомо о Нагих?

– Это о царице Марии Федоровне?

Годунов повысил голос:

– О ком? Царица наша – Ирина Федоровна, моя родная сестра.

– Она вдовая, боярин, царица. Всем ведомо, что Мария Федоровна – шестая жена Ивана Четвертого, а посему брак этот не признан церковью.

Она незаконная, но царица. В народе ее таковой и зовут. Мария Федоровна – племянница Афанасия Нагого, что был весьма близок к Ивану Васильевичу. После смерти Ивана Грозного царь Федор повелел удалить Марию Федоровну с братьями, сыном, царевичем Дмитрием, ближними боярами на житье в Углич. Царевич Дмитрий…

– Не зли меня, дьяк! – прервал Битяговского Борис. – Не называй Марию царицею, а Дмитрия – царевичем.

Он рожден незаконно и не может быть наследником престола.

– Извини, боярин.

Борис сменил гнев на милость.

– Ладно, дьяк, продолжай!

– В Угличе у Нагих удел. Там с Марией Федоровной братья ее Михаил и Григорий, челядь. Для них построен дворец в Кремле. Живут, ни в чем не нуждаясь. Обижены они на тебя.

– О чем ты?

– Люди говорят, что Мария Федоровна весьма недовольна тем, что ты не позволил ей быть на коронации Федора Ивановича.