68 минут

Было поздно раздаваться во все стороны, построенная в спешном порядке стена и многочисленные кордоны не давали беженцам из регионов доступа в городскую черту и соответственно, городские власти не имели возможности вести строительство вне её пределов. Не имея возможности, расти вширь, город перенёс транспортные магистрали под землю, застраивая всё свободное пространство стоэтажными небоскрёбами, оставляя впрочем, место для крохотных парков и маленьких островков природы.

В эпоху новой реальности полного истощения запасов углеводородов, города сконцентрировали в себе все годящиеся для жизнедеятельности ресурсы. Чудом сохранившийся Питер, изрядно растерявший светский лоск Санкт-Петербург, (втрое уступавший Первопрестольной по количеству жителей), обеспечивал по воздуху Москву тем, что давало море и то, что осталось от Северной Европы, города Сибири и Урала лесом, камнем, строительным материалом, мегаполисы средней полосы и юга – хлебом, мясом, фруктами и овощами.

Москва же стала центром сохранившейся цивилизации, осью на которой вертелось мироздание двадцать третьего века.

Натуральные продукты, поступавшие в бывший Третий Рим, не могли себе позволить даже совсем небедные люди, а люди бедные довольствовались эрзац едой, с вкусовыми наполнителями давно забытых блюд. Пожалуй людям из прошлого было бы странно видеть в общепитовской столовке вместо первого второго и салата (того же оливье), на тарелках по разноцветной таблетке, с биологическим заменителем.

Но семья Землянских ела их всю жизнь, и оттого просто не представляла, как могло быть по-другому.

Начав собираться, Игорёк мельком взглянул в работающий телевизор. Шли дневные «Вести» на «Россия 1». Преисполненные чувства собственного достоинства и ответственности за пытавшуюся возродиться страну депутаты союзных городов, слушали Путина. Нет, конечно же, не Владимира Владимировича.

Теперь это была уже не фамилия, а звание того, кого по статусу можно было сравнить с царём, генеральным секретарём, президентом, «отцом нации», «великим кормчим». Теперь, в новой Москве глава этого города-государства назывался коротким, но вобравшим всё, что перечислялось раньше словом – Путин.

Это делалось не из гипертрофированного раболепия или возведённого в абсолют культа личности.