Почти как люди

У меня почти 500 подписчиков!

– Понятно – безразлично отвечаю я – И про что твой врог?

– Ну как… – Ну про мою жизнь. Как у меня дни проходят. Ну я там встаю, завтракаю, спортом занимаюсь, с друзьями встречаюсь… Ну обычный такой врог, как у всех.

– То есть вы все такие вроги ведете, где просто транслируете то, что с вами происходит в данный момент?

– Сложно ты как-то разговариваешь, – хихикает она – Ну да, мы все так делаем. Это же прикольно. Подружки и друзья смотрят что у меня происходит. Я смотрю что они делают.

А у тебя разве такого нет?

– Нет – коротко отвечаю я.

– А про что тогда твой врог?

– У меня нет врога.

– Тогда ты чем занимаешься?

– Думаю, тебе это будет неинтересно. Вернее, непонятно. Но я, возможно, когда-нибудь сделаю про это врог – иронично отвечаю я.

– А сколько тебе лет? Мне вот 27.

– Боюсь, что мой ответ тебе не понравится.

Вижу, как ее лицо мрачнеет.

– Так ты из этих? – спрашивает она с каким-то отвращением.

– Ага – легко отвечаю я.

– То-то я смотрю имя замшелое.

И один сидишь, как пристукнутый. Как ты забрел-то сюда?! Пока!

В следующий момент она уже сидит за другим столиком с подружками, показывает пальцем в мою сторону, они гогочут и что-то обсуждают, беспардонно разглядывая меня.

Когда мимо проходит официант, девушки его подзывают и что-то шепчут на ухо.

Официант подходит ко мне и переминается с ноги на ногу.

– Да говорите уже. Долго так стоять над душой будете?

– Извините, мы, конечно, не имеем право просить Вас уйти.

Просто поймите, не хотелось бы инцидентов в нашем кафе. А они регулярно происходят в других заведениях, когда туда приходят такие как Вы.

– И отчего же?

– Ну Вы же знаете, как наши реагируют на созидателей. Ну у Вас же свои места есть. Не лучше ли туда пойти? А то случись что и будут нас потом трясти. А то еще хуже – закроют вовсе, за то, что не усмотрели. Поверьте, я лично ничего против вас не имею, но другие наши относятся к созидателям не так.

– Ладно, не буду ставить под угрозу Ваше заведение.

Пойду я, пожалуй…

Дед

Он мне с раннего детства рассказывал о предстоящей Новой Реальности. В 45 лет он уже стал членом академий наук нескольких стран и известнейшим в мире исследователем в области социального поведения. У него всегда был очень жесткий взгляд и такая же жесткая манера общения, даже с моим отцом, но со мной он всегда был очень мягок. Пожалуй, со мной единственным он в своей жизни и был мягок.