Метис. Ангел-хранитель. Эта история не только о необыкновенной собаке. Эта история о любви и преданности. Эта история о нас с вами

Сергей притащил его неизвестно откуда холодным февральским утром в своей шапке и положил нежно на стол, за которым сидел Петрович и пил чай.

– Смотри, Петрович, – закричал радостным голосом Сергей, – это он, понимаешь Петрович, он, мой пес.

Петрович посмотрел на щенка и удивленно воскликнул:

– Вот это, да! Да, это же волк! Ты где взял его? В лесу, что ли нашел? А? Серёга, давай колись.

– Петрович ты чего? – Ответил курсант, и прижал шапку к груди. – Он Метис, у него папа немецкая овчарка, а мама волчица, мне его егерь подарил, я его так и назвал, Метис.

– Так не бывает, – ответил Петрович, – никогда у волчицы не было щенков от собаки, у них, у волков это позор хуже смерти, вот у собаки от волка могут быть щенки сколько угодно, но только не наоборот. Это доказанный учеными неоспоримый факт.

– Мне егерь все рассказал. – С дрожью в голосе сказал Сергей. – Можно оставить его, а? Петрович, пожалуйста.

Ерёменко взял в руки этот маленький серый комочек, поднес его вплотную к своему лицу и пристально посмотрел на него.

– Метис говоришь? – Задумчиво произнес Петрович и положил щенка обратно в шапку Сергея. – Ну, пусть будет Метис, оставляй, сынок, раз к душе прикипел с первого взгляда, значит твой пес, сердцем выбирал, знаю, – сказал Петрович и улыбнулся.

Сергей сжал кулаки и громко крикнул «ура» от радости, схватил щенка и выскочил из комнаты, как ошпаренный.

Петрович встал, подошел к окну, через запотевшее стекло посмотрел вслед убегающему Сергею, вытер ладонью стекло и пробормотал про себя:

– Метис, надо же, Метис! Овчарка и волчица.

А почему бы и нет?! Метис, так Метис.

Петрович подбежал к вольеру распахнул скрипучую ржавую дверь и вошел внутрь. Метис лежал в углу на старой шинели, и казалось, спал. Петрович подошел и присел на корточки возле старого пса, погладил его по голове и тихим голосом сказал:

– Вставай, дружище, нам пора, времени у нас с тобой совсем мало.

Метис поднял голову и посмотрел Петровичу прямо в глаза равнодушным пустым взглядом.

Петрович вынул из кармана остатки личного дела Метиса, и аккуратно сложил в кожаный чехол от своего штык-ножа. Затем крепким стальным карабином пристегнул его Метису на ошейник.