Летописи летающих островов. Книга 1. Через тернии к терниям

– Верю ли я тебе или нет – это не имеет значения. Ты знаешь, кто сообщил властям Златокаменной Республики маршрут «Фурии»?

– Боцман Моронов.

– Можешь это как-то доказать?

– Конечно. В противном случае, я бы не озвучивал подобные обвинения, – с этими словами Топоруб положил на стол небольшую папку бумаг.

Старшина, не спеша, внимательно прочитал все бумаги, после чего отложил их в сторону. Дальше последовали уточняющие вопросы Грига: какой город разграбили? где он находится? сколько было взято добычи? кто участвовал в походе? сколько кораблей? временные рамки и частности рейда? детали штурма? Что можешь сказать о линкоре?.

. И, получая ответы от Кира, он делал записи в блокноте. Но избавим читателя от подробностей этого полуторачасового допроса. Спустя названное время, когда Григ отложил в сторону письменные принадлежности, Кир спросил:

– Прошу заметить, дети не несут ответственность за дела отца, – сказал Кир, надеясь хоть что-то сделать для защиты семьи Моронов.

– Это не тебе решать.

– Что решит Пиратский Круг относительно меня?

– Почем я знаю, – равнодушно проговорил старшина.

«Ну, знаешь, может от того, что ты состоишь в Ордене», – подумал Топоруб и продолжил:

– Что сам думаешь?

– Думаю, ты потерял людей Пиратского Круга.

«В основном жадных, ненасытных, ничего не соображающих ублюдков. Они сами виноваты, сами привели себя к гибели, в то время, когда я пытался их спасти. Тоже мне, велика потеря. Не могли мне нормальных, адекватных людей подобрать».

– Разве я спорю? Я сам во всеуслышание рассказал о неудачном походе «Фурии», – произнес Кир.

– Думаю, что ты просрал корвет Пиратского Круга, – добавил Григ.

«Э-э-э, нет. Не я. Я его спасал, чуть жизнью за это не поплатился. А вот когда другие сливали в гальюн «Фурию» и вместе с ней свою жизнь, я сидел связанный».

– Я сделал всё, что было в моих силах.

– Думаю, ты потерял долю Ордена от награбленного в набеге.

«Пиратский Круг сильно не обеднеет».

Для Пиратского же Круга капитан, потерявший корабль, что бы ни произошло, виноват в любом случае.

Но Орден учитывал, что степень вины бывает разной, отсюда следовало и разное наказание провинившегося. У Кира было только одно оправдание, и он надеялся, что это оправдание хотя бы смягчит наказание.

– Меня предали так же, как и Орден. На моём месте ни один человек не смог бы спасти «Фурию», – сказал в свою защиту Топоруб.

«Я сделал все, что можно человеку.