Путешествие на край Земли

Я быстро изобразил на листке этот роскошный салон и весьма схематично некоторых его посетителей, так же как мы, сидевших за столами.

– А как же твой альбом? Разве ты не рисуешь там?

Я покачал головой.

– Альбом остался в каюте. Мне бы не хотелось будить профессора своим приходом. Я сделаю необходимые наброски в блокноте, а потом попросту перерисую их в альбом.

– Странно, ведь у тебя блестящая память. Ты мог бы сделать рисунки в альбоме и так.

Я не возражал Эдварду, но заметил:

– Вероятно, это так, но лучше, чтобы все детали, которые мне показались интересными сразу, были перенесены на бумагу.

Даже моя неплохая память может что-то упустить. Месье Лемар не раз замечал, что я могу что-то забыть, если меня неожиданно сбить с мысли. Правда, я все равно рано или поздно вспоминаю то, что забыл. Непременно вспоминаю, Эд.

Вскоре, нам принесли наш заказ. Бифштекс с картофелем и салат для меня, и солянку с креветками для Эдварда. Кроме этого, на нашем столе оказался бокал с кларетом и чашка чая.

От десерта мы вежливо отказались.

– Нам желательно находиться в хорошей форме, Джозеф, – улыбаясь, сказал мне добрый кузен. – Никаких излишеств, во всяком случае, пока мы не будем уверены, что все тяготы экспедиции нам по силам.

Я оценил его мысль и даже хотел что-то сказать одобрительное по этому поводу, но в это время в салоне появился тот самый нелепый толстяк, Джек Лоуренс. Он подчеркнуто насмешливо раскланялся с теми джентльменами и дамами, которые попались на его пути к пианино.

Потом, сделав виртуозный пируэт перед самым музыкальным инструментом, неуклюже плюхнулся на него.

– Леди и джентльмены! Перед вами выступает Джек Лоуренс!

И он заиграл веселый марш.

Раздались аплодисменты. Публика благосклонно отозвалась на неожиданное выступление всеобщего любимца.

Джек Лоуренс тоже не остался в долгу. Подыгрывая себе на пианино, он стал распевать юмористические куплеты. В них он обличал снобов и толстосумов, скупердяев и прожигателей жизни.

Зрители за столами были очень довольны этим выступлением.

Мы с Эдвардом, как и все с интересом наблюдали за Лоуренсом. Кузен, наклонившись ко мне, шепнул, что мистер Лоуренс наверняка был нанят бельгийской компанией почтовых пароходов.

– Неужели?

– Уверен в этом. И даже думаю, что его буффонада на пристани – это тоже заранее придуманный трюк, чтобы привлечь к себе внимание. А в бумажке, которой он размахивал, было написано, оказать содействие артисту, в случае опоздания.