Моби Дик, или Белый Кит

Сама кафедра тоже несла на себе следы морского вкуса, породившего подвесную лестницу и эту картину. Обшитая спереди панелью, она имела форму крутого корабельного носа, и Библия покоилась на выступе, украшенном завитками, напоминавшими старинную резьбу на носу корабля.

Что может быть многозначительнее этого? Ведь кафедра проповедника искони была у земли впереди, а все остальное следует за нею: кафедра ведет за собой мир. Отсюда различают люди первые признаки Божьего скорого гнева, и на нос корабля приходится первый натиск бури.

Отсюда возносятся к Богу бризов и бурь первые моления о попутном ветре. Воистину, мир – это корабль, взявший курс в неведомые воды открытого океана, а кафедра проповедника – нос корабля.

Глава IX

Проповедь

Отец Мэппл поднялся и скромным, мягким голосом отдал повеление своей разбредшейся по часовне пастве собраться и сесть потеснее: «Эй, от левого борта! Податься вправо! От правого борта – влево! В середину, в середину!»

Глухо загрохотали в проходах между скамьями тяжелые матросские сапоги, зашаркали едва слышно башмаки женщин, и вновь воцарилась тишина, и все глаза устремились на проповедника.

Мгновение он стоял неподвижно, затем опустился на колени в носовой части своей кафедры, сложил на груди большие смуглые ладони и, устремив вверх взор своих закрытых глаз, начал молиться с таким глубоким благоговением, точно возносил молитву со дна морского. По окончании молитвы голосом протяжным и торжественным, словно погребальный звон колокола с палубы тонущего в тумане корабля, – вот таким голосом начал он читать гимн, постепенно меняя интонации к заключительным строфам, и окончил чтение звучным благовестом восторга и ликования:

Китовых ребер арка надо мной.

И тяжкий черный страх согнул мне плечи.

Снаружи солнце колыхалось на волнах —

Я шел на дно, погибели навстречу.

Разверстую я видел ада пасть.

Там бедствия теснилися толпою.

Неизреченным мукам несть числа —

Отчаянье овладевало мною.

И в страшный час я к Господу воззвал

(Достоин ли я был еще молиться?),

Но он склонил свой слух к моей мольбе,

И сгинул кит, души моей темница.

По морю поспешил ко мне Господь,

Как бы несомый солнечным дельфином,

Был светел и ужасен Божий лик,

Подобный молнии на небе синем.

Вовеки не устану воспевать

Тот миг, и страх и радость мне несущий.

И тем прославлен будет мой Господь,

Бог милосердный, Бог всемогущий.