Бездна твоих страхов

Наверное, в маленькой голове сейчас вертелись такие мысли: «Люди не опасны. Люди оставляют еду. Тем более, не опасна эта неповоротливая бескрылая туша. Я схвачу еду раньше, чем она среагирует».

Но я среагировал. Когда чернокрылый гость моего стола оказался достаточно близко, я прыгнул с места, выбросив руки вперед. Пальцы сомкнулись на хрупком тельце ворона, хрустнули косточки. Птица била крыльями и долбила клювом наугад, но я сдавил сильнее, и остатки жизни покинули маленькое сердечко.

Выплевывая перья и пух, я жрал пойманного ворона.

Мясо было жестким, железистым, отдавало бензином и мусором, но при этом казалось мне амброзией. В голове возникла странная мысль – если дать мертвой птице полежать под камнем неделю-другую, будет еще вкуснее. Когда от несчастного ворона остались лишь кости и перья, я сбросил объедки в кусты, под ноги безликому ангелу. Может быть, так упала тень от деревьев, но, кажется, статуя улыбалась. Но, по крайней мере, страха полуразрушенный памятник у меня теперь не вызывал. С вызовом я сорвал из-под ног ангела листочек черемши и удалился с кладбища прочь, пожевывая кисловато-пряную траву.

* * *

Когда я пришел домой, Анна вновь разоралась. Лицо ее было красным, прическа растрепанной, а от волос пахло сигаретами, хотя я знал, что она не курит. Причиной недовольства было то, что я не позвонил и не написал ей перед тем, как поехать домой – мол, она не знала, когда начать готовить ужин.

– Но ты же сказала, что не будешь больше для меня готовить, – злопамятно парировал я.

Зря.

– Идиот! Думаешь, я могла позволить тебе ходить по кафе и жрать тот мусор, который ты обычно заказываешь?

– Об этом можешь не волноваться. Карточку-то мою ты заблокировала, – эти крики стали для меня в некоторой степени привычным шумовым фоном и уже не выводили из себя, но вот ее слова могли кого угодно выбить из равновесия.

– Да, заблокировала. И правильно сделала! Ты же не можешь себя контролировать, жрешь при любой возможности! Если бы у тебя на работе вместо кресла был унитаз, ты бы и вовсе не вставал с места.

– Знаешь, кажется, ты переходишь границы, – я немного повысил голос.

– Твои бока уже перешли все границы! Плевать, – она бросила быстрый взгляд на свой телефон в руке и направилась в другую комнату, фыркнув на ходу, – Не забудь посдтричь ногти.

С недоумением я воззрился на пальцы ног – я же стриг ногти перед выходом на работу! Из дырок в носках торчали желтые, заостренные пластины. Точно такие же оказались и на руках.