Топливо твоих кошмаров

Вдруг, заставив меня вздрогнуть, двери лифта с громыханием раскрылись. Внутри было пусто, лишь неразборчиво шуршал динамик на панели.

– Фшшш… Пшшш… Меня слышно? Опять балуемся? – раздался искаженный помехами старушечий голос, – Ей-богу, перестану я принимать вызовы… Фшшш… Дом уродов, чтоб вы провалились!

– Нет, стойте! – плюнув на соблюдение тишины, я в два прыжка оказался у динамика, – Пожалуйста, вызовите кого-нибудь! Вытащите нас отсюда!

– Батюшки, не ори ты так! – недовольно ответил голос, – Фшшш… у вас происходит?

– Мы застряли в этом доме, отследите вызов, пришлите полицию, МЧС, пусть вызволят нас отсюда! – в панике кричал я.

– Зачем? – хитро скрипнула диспетчер. Последовало недолгое молчание, а чуть погодя динамик принялся выплевывать гадкие тяжелые слова, трансформирующиеся в тот самый голос, состоящий целиком из помех, – Тебе ведь здесь самое место. Твоей мелкой порочной душонке.

«Душонке?» – мысленно переспросил я. Значит, все-таки…

– Это не ад, не глупи, – шептала статика, – Для таких, как вы, есть место и на Земле.

– Не слушай его! – взвизгнула Арина, выдергивая меня из лифта, двери которого спустя секунду хищно захлопнулись.

– От себя все равно не уйдешь! – разносился многократно усиленный эхом шепот Управдома, – От себя не уйдешь!

– Бежим! Быстрее! – девушка ткнула меня локтем в бок, выводя из ступора.

Колотя ногами по ступенькам и прыгая через целые пролеты, мы бежали, обгоняя друг друга, стремясь поскорее покинуть этот жуткий дом.

– Осторожно! – раздалось из-за спины. Я молниеносно обернулся, увидев искаженное ужасом лицо Арины, как раз когда что-то тяжело ударило меня в бок.

– Правее, дебил! – раздался детский голос откуда-то сверху, и мне пришлось почти залезть на перила, когда нечто тяжелое и скользкое врезалось в ступеньки, плюясь желтоватыми, похожими на зубы осколками.

– Сам дебил, давай наверх! – ответил второй близнец, направляя склизкое щупальце в сторону, отчего неведомо как закрепленный на слизнеподобном теле какой-то твари унитаз качнулся и вновь попытался ткнуть меня своим острым, ощерившимся осколками боком.

– Вытягивай! – сросшиеся спинами говнючата синхронно потянули коричневые, блестящие от слизи «уздечки» на себя, и отвратительный слизняк медленно пополз вверх по лестнице, грохоча плохо закрепленным бачком.