Гретель и ее бесы

И нам было бы полезно восполнить эти пробелы.

– Ясно, – протянула Гретель и снова замолчала.

Фонограф, фиксировавший каждое прозвучавшее в этом кабинете слово, не давал ей почувствовать себя свободно. Артур Фонберг просчитался – с тем же успехом здесь мог сидеть Конрад Ленц собственной персоной или целый взвод стенографисток.

– В газетах десятилетней давности сообщалось, что вы упоминали дьявольских созданий, – произнес доктор, когда пауза затянулась. – Можете рассказать, какие они из себя?

Перед глазами Гретель тут же возникли ее приемные родители, одноклассники, настоятель Церкви Сатаны…

– Они были похожи на бесов? Или, может, на чудищ? Или… – осторожно предположил Фонберг, – это все-таки был кто-то знакомый?

Глубоко вздохнув, Гретель начала:

– Сказать по правде, ад – не такое страшное место, как о нем рассказывают…

Глава вторая

– Гре-етель! Пойди-ка сюда!

Кажется, Фелиция Руппель заметила, что девочка отдыхает на лестнице капеллы вместо того, чтобы полировать тряпкой деревянные ступени.

К сожалению, Гретель замечталась и не успела вовремя изобразить бурную деятельность. Испуганная окриком, отразившимся от каменных сводов, она буквально скатилась по лестнице.

Школьники боялись Фелицию сильнее, чем остальных женщин из церковного комитета. Ее огромный рост, мощное телосложение и вечно недовольное выражение лица в равной степени внушали трепет и малышне, и детям постарше. Гретель не сомневалась, что даже херувим под ее взглядом ощутил бы себя виновным во всех возможных грехах.

И уж точно никто не горел желанием работать под началом Фелиции. Фрау Руппель считала, что ее окружают одни лишь лодыри и что крепкая оплеуха – лучшее лекарство от лени.

– Что ты там расселась? – спросила Фелиция, глядя на девочку сверху вниз. – Протерла ступеньки?

– Да, – кивнула Гретель, откидывая с лица мокрую прядь.

– А перила?

– Тоже.

– Проверим. – Фелиция отстранила Гретель и склонилась над нижней ступенькой, почти уткнувшись в нее носом.

Девочка представила, как приятно было бы пнуть этот широченный зад, в данный момент маячивший выше головы Фелиции.

Впрочем, сделать такое в реальности никому бы в голову не пришло. Фрау Руппель приходилась супругой бургомистру Марбаха, и наверняка покушение на прелести его жены могло считаться государственной изменой.

Изучив нижнюю ступеньку, Фелиция начала подниматься выше. Лестница жалобно заскрипела под ее дорогими лакированными туфлями неведомо какого размера.