Наживка для вермахта

 – Я же говорил: я не знаю, где они находятся.

– Как оформляется заявка на получение боеприпасов? По рации?

– Почему по рации? У нас отлично работает телефонная связь. Командир дивизиона звонит в штаб армии и требует поставить новую партию снарядов.

– А если телефонная связь нарушена? Ведь провод может перебить осколок нашего снаряда или бомбы.

– Вообще-то русские в последнее время почти не бомбят, у них, видимо, совсем не осталось самолетов… – ответил Шольц. – Но раньше такие случаи бывали. Да, я припоминаю, что три недели назад у нас пропала связь со штабом армии, а также с соседями.

– И что вы делаете в этом случае? Пользуетесь рацией?

– Да, тогда на помощь приходит рация.

– А бывает, что кого-то из офицеров вызывают в штаб армии?

Пленный покачал головой:

– Такое случается редко – если только в штабе проходит какое-то очень важное совещание. За все время боев в городе я могу припомнить только два или три таких случая.

– И кого тогда вызывают в штаб?

– Разумеется, командира дивизиона майора Кауфмана.

– За ним высылают машину?

– В сентябре действительно высылали машину. Но сейчас город полностью разрушен, никакие машины проехать не могут. Майор ходит пешком. Разумеется, не один, а в сопровождении двух солдат охраны.

– Понятно… – произнес Шубин. У него больше не было вопросов к капитану Генриху Шольцу. Не возникал вопрос и о дальнейшей судьбе капитана. К сожалению, Шубин не мог оставить его в живых – крепко связать и оставить здесь, на дне оврага. Обнаружив пропажу своего офицера, артиллеристы обязательно стали бы его искать и нашли.

И тогда капитан рассказал бы о русском разведчике, который почему-то очень интересуется немецкими складами. А такое сообщение означало бы для самого Шубина неминуемую смерть. Нет, оставлять немца в живых было нельзя.

– Вопросов у меня больше нет, – сказал Глеб. – Теперь повернись, Генрих, и я тебя свяжу.

Однако, когда Шольц с готовностью повернулся к нему спиной и даже подставил руки, Шубин вместо этого крепко взял его голову и резко крутанул.

Шейные позвонки капитана Шольца хрустнули, тело обмякло. Убедившись, что немец мертв, Шубин снял с него китель, сапоги, брюки и переоделся. Облачившись в немецкую форму, он разложил по карманам кителя все, что взял с собой, отправляясь в разведку, – карту, карандаш, фонарик и хлеб. Флягу с водой он пристегнул к поясу, нож засунул за голенище сапога. Еще раз проверил, на месте ли документы, которые он позаимствовал у немецкого артиллериста.