Зоопарк доктора Менгеле

Белая рубашка его покрылась пятнами, но фиолетовый бант по-прежнему был изящно повязан на ней. Иногда Мино становилось смешно, когда он смотрел на этого чудаковатого, но доброго человека, который забрал его с собой из джунглей. Если бы не он, Мино бы умер и попал на Небеса к маме, папе, братьям и сестре, Лукасу, Пепе и отцу Макондо. Мино подумал, что им там вряд ли так же интересно, как ему на земле.

Он замер, разглядывая гору прямо перед собой. Она была абсолютно гладкой. Но что это? Не рисунок ли, нацарапанный на камне? Он провел пальцем по бороздкам и выемкам.

Да! Кто-то вырезал рисунок в скале. Лицо какого-то человека и много странных завитков. Кружочки, линии. Какие-то буквы.

– Изидоро! – закричал Мино.

И рассказал ему то, что увидел.

Тот сбросил шляпу на траву и принялся скакать вокруг, словно в причудливом танце.

– Мино! – закричал он, смеясь. – Это здесь! Это то самое место! Именно об этом рассказывали мне индейцы. Цветы! Ты видишь рядом какие-нибудь цветы, Минолито, маленький акробат!

И тут Мино увидел цветы: они были большими, синими, с огромной желтой сердцевиной.

Они заполнили весь уступ скалы!

Мино бросал цветы вниз. Охапку за охапкой. Изидоро строго приказал ему оставить расти несколько из них. Но и так их было предостаточно. Их было так много, что вечером, когда они уселись у костра и принялись выдавливать из них масло в кувшин, тот быстро наполнился, и им пришлось воспользоваться одной из винных бутылок. Но сначала Изидоро опустошил ее содержимое себе в горло.

Масло было вязким и светлым. Оно пахло почти так же, как пахнет жженая скорлупа маниоки, так показалось Мино.

– Посмотрим-ка, хе-хе-хеммм! Все готово для великого испытания.

Руки Изидоро, всегда такие твердые, дрожали от предвкушения.

Он налил на ладонь немного масла и опустил в нее левый указательный палец. Затем достал небольшую горящую палочку из костра. Очень осторожно Изидоро поднес палец к пламени. Он не отдернул ее от боли, но держал прямо в огне. Долго! Затем он упал на спину и принялся хохотать, кататься в экстазе и выкрикивать какие-то непонятные Мино слова.

Затем он снял с себя один сапог и натер маслом стопу и волосатую ногу. А когда Изидоро засунул всю ногу в костер, глаза Мино расширились от ужаса.

– Не отужинать ли Минолито и папе Маджико небольшой жареной ногой, а? Хо-хо-хе-хемм!

Наконец он достал ногу из огня, она была цела и невредима. А когда он стряхнул с нее пепел, Мино увидел, что не опалился ни один волосок.