Миссис Больфем

Миссис Больфем вдруг сделалась спокойной и решительной. Это было противоядие для взбунтовавшихся нервов, с жадностью ожидавших, как пиршества, этого беззаконного поступка. Такого взломщика можно посоветовать первоклассному любителю-убийце.

Миссис Больфем набросила свое тяжелое, автомобильное пальто, обернула голову и лицо темной вуалью, переложила свой револьвер из ящика стола в карман и проскользнула бесшумно вниз по лестнице. Она вышла из дома через кухню и, обогнув кухню, стояла тихо, пока ее глаза привыкли к темноте.

Тогда она еще раз увидела движущуюся тень. Она не решилась пересечь луг прямо от дома к роще, а сделала большой обход позади дома, идя все время по траве, чтобы не шуметь.

В две-три минуты она достигла рощи; тень появилась снова, но было невозможно определить ни возраста, ни пола, хотя по резкому и тяжелому дыханию она заключила, что предполагаемый вор был мужчина:

Он, казалось, искусно пробирался к дому, без сомнения намереваясь открыть одно из окон внизу; и она стала подкрадываться к нему с вновь пробудившимся инстинктом; ноздри ее расширялись.

Принятое ею решение убить мужа не взволновало ее, и даже объяснение в любви Дуайта Роша тронуло только слегка, но эта ночная авантюра, это преследование вора с целью смело приказать ему – руки вверх – тотчас разбудило в ней эмоциональные силы высокого напряжения.

И вдруг она услыхала голос своего мужа. Он приближался к Эльсинорскому Авеню по одной из прилегающих улиц и распевал с перерывами, вызванными физиологическими причинами, Типперэри[1 - Патриотическая военная песенка, очень модная во время мировой войны.

], песню, введенную им в обращение за последнее время, с целью досаждать своему политическому противнику, американцу немецкого происхождения, и устрашать симпатизирующих Германии. Он шел быстро, как иногда идут подвыпившие люди. Она отступила назад и пригнулась. Обнаружить свое присутствие – значит привлечь к вору внимание мужа и удержать обреченную жертву от напитка в столовой.

Она увидала, как тень скрылась за деревом. Больфем почти неожиданно показался в свете уличного фонаря, напротив своих ворот. И тогда – ей казалось, что уже целую жизнь она не может вздохнуть – прежде, чем ее уши были оглушены резким выстрелом, ее глаза были ослеплены вспышкой света, и раньше, чем она услыхала, как Больфем издал странный звук – не то стон, не то икоту, – она увидала, как он схватился за ворот, а потом упал на землю.