Букет белых гортензий

Внимания требует, как я могу ей отказать? Все-таки не чужие люди.

– А если она тебя с ней переспать попросит, тоже не сможешь ей отказать? – драматизировала женщина, злилась. За своей дружеской любовью Рома совершенно не замечал, что Аня была в него влюблена.

– Не передергивай, Оль, – уже начинал выходить из себя Кравцов. – Она не попросит, это, во-первых, а, во-вторых, я не идиот, чтобы такое делать.

– Ладно, поехали, мы собирались ужинать.

***

– Ненавижу!

Бросила телефон в стену Орлова.

Смартфон, ударившись об бетон, упал на пол. На дисплее появилось несколько трещин, как будущее напоминание об этом дне. Дне, в котором ее сердце облилось кровью в очередной раз. А ведь всего неделю назад все было так хорошо!

– Чтоб ты сдохла, гадина!

Девушка не смогла удержаться. Ей нужно было срочно что-нибудь разрушить. Взгляд упал на покореженный мобильник. Вскочив с кровати, она стала топтать телефон каблуком и выкрикивать различные ругательства и проклятия. Тема зашел в комнату сестры в тот момент, когда от телефона остались куски пластика, а из красивых губ вылетело очередное пакостное слово.

– Старая кошолка!

– Что ты делаешь? – Тема схватил сестру за руку в попытке оторвать ее от уже сломанного телефона. Не вышло. Наклонился, спасая хотя бы сим-карту. – Аня, что произошло?

Она не ответила. Уткнулась в грудь брату головой и расплакалась. Что-то промямлила неразборчиво, поэтому Тема, не найдя другого выхода, крепко обнял сестру.

Погладил по голове, нашептал пару ласковых, пока она не успокоилась. Как только принес ей стакан воды, усадил на кровать и начал расспрос.

– Что случилось, Анютка? Ты редко когда плачешь, я вообще не помню, чтобы видел тебя плачущей. Кто тебя обидел?

Жадно сделала глоток воды, шмыгнула носом. Помолчала.

– Ромка… Он сделал Оле… Он ее в жены берет, понимаешь? Не меня! Ее! Почему? Почему он меня не любит? Я такая некрасивая? Плохая? Меня нельзя любить? Что со мной не так? Я ведь ему и так, и сяк намекала на свои чувства.

А он… Он все равно эту каргу старую любит, а не меня… Может, я просто настолько ужасна, что со мной можно только дружить?

Тема не знал, что ответить Ане. С одной стороны, он понимал ее чувства. Подростковая влюбленность всегда такая сильная и яркая, ощущается острее. Аня ведь все еще большой, но подросток. Но, с другой стороны, неужели она думала, что Рома ее полюбит? Да, он хороший, но исключительно друг ей.