Эпизоды Поэтического Характера

Знать бы лишь, кому в том толк,

Чтобы умер я несчастным

И голодным, словно волк…»

Отвечали хором мыши:

«Что ты мелешь? Тошно слышать!

О мирском, дурак, ты тужишь,

А ведь людям службу служишь.

Убираешь из подъезда

Ты ссанину и говнину,

А, бывает, и блевоту –

Тоже важная работа.

Чтоб простой домовный житель

В окончанье не свинел,

Демонстрируешь исправно,

Как Господь нам всем велел,

Что в труде и чистоплотстве

Есть блаженствия предел.

Твой нелегок крест, все знают,

Но за прямоту прости –

Думаешь, намного легче

На голгофу крест нести?»

Дворник, вместо чтоб ругаться,

Всхлипнул, глядя на мышей:

«Издеваетесь вы, братцы?

Я ещё полтыще вшей

В ужин, завтрак и обед

Позволяю мной питаться.

Возверните мой галет

Хоть из жалости ко вшатам –

Их же жальче в свете нет!»

Мыши отвечали строго:

«Всякой твари есть свой срок.

Как отмучаются вшата –

Знай, вошли в Отца чертог.

И галету твою съели

Мы не чтоб ты голодал.

А лишь с той благою целью,

Чтобы дух твой воспарял.

Без помех и искушений

Чтоб ты в Царствие попал.

Ты терпеньем запасись,

В день раз несколько молись,

Честно исполняй работу –

В рай ведь многим же охота –

Им пример собой яви,

И тогда, в счастливый час…

Кстати, не забудь про нас.

Та галета, скажем прямо,

Массою была три грамма.

Щас как раз и пост истек,

Так давай-ка наутек –

Принеси-ка нам еды,

И без всякой лебеды.

Чтоб блюли тебя мы пуще,

Надобно побольше гущи.

Ты не мешкай, поживей…»

И словами вдохновившись,

Дворник духом воспарил:

С прытью больше чем кошачьей

Всех мышей он изловил

И себе на ихнем мясе

Щей наваристых сварил

Комментарий №6

Поэт-переводчик Моисей Илларионович Большак:

«О шотландцах восемнадцатого века в среде обывателей бытует представление как о диких горцах с рыжими бородами, клетчатыми юбками, заунывными волынками и диким клановым социальным устройством.

Чтобы развеять это невежественное мнение, я всегда привожу в пример великого поэта Роберта Бёрнса. Он, хоть и был крестьянским сыном, отнюдь не увлекался скачкой по горам с голым задом, кое-как прикрытым килтом. Нет! Он даже бороды не носил, и рыжим к тому же не был. Да, как и все шотландцы, Роберт имел страстишку к доброму виски и хорошей кулачной драке, но куда больше Бёрнса увлекали любовные таинства.