Хорошие парни не пьют коктейли

В голове после коктейля так легко и чуть-чуть щекотно становится, парни смешными делаются, и можно просто потанцевать, ни о чем не думая.

– Алкашка! Шалава! Шкура! Подстилка! Кукла крашеная! Пьянь подзаборная! – гавканье сестёр слилось в какофонию рубленых оскорблений.

– Видишь, пацан? – женщина-птица мотнула носом в сторону сестёр, которые от слов перешли к делу. Они выдирали друг у друга клоки волос, царапались, кусались, наносили удары кулаками и коленями в лицо, грудь, по глазам и ушам, под дых и в пах безо всякого стеснения.

Обладательница поредевших жёлто-коричневых зубов перевернула стол, мощным пинком отломила от него ножку и принялась крушить товарок этой импровизированной палицей.

– Вижу, – ответил я.

– Для каждой из нас во всём мире не существует никого ближе, дороже и родней боевых сестёр, – продолжила женщина-птица. – И ты видишь, как мы обходимся с теми, кто нам ближе, дороже и роднее всех. А теперь вообрази, как мы поступим с тем, кого презираем и ненавидим, а именно – с тобой.

Уверяю тебя, совсем скоро…

Слова воительницы утонули в громовых взрывах и едком дыму, мгновенно наполнившем помещение.

– ЧЁРТ! Я ЖЕ ЗАПЕРЛА СКЛАД!!! ВСЕМ ПРЕКРАТИТЬ СТРЕЛЬБУ И БРОСИТЬ ОРУЖИЕ!!! – огнедышащие обертона разъярённой птицы миллионом острейших осколков прошили пространство, меня и тела сестёр, но выстрелы грохотали и продолжали грохотать до тех пор, пока я не потерял способность их слышать. Все звуки сменились в моей голове однотонным писком, а дым сделался плотным до полной зрительной непроницаемости.

Оглушённый, ослеплённый и удушенный, я обратился к размышлениям. Похоже, боевые сёстры поубивали друг друга или вот-вот сделают это. Со мной они собираются сотворить что-то похуже. Но что хуже смерти и что лучше смерти? Пожалуй, на эти вопросы живой не ответит, так как смерти не познал, а мёртвый – потому что мёртв. Ставить жизнь и смерть в спарринг как антонимы, диаметральные противоположности и противостоящие силы кажется ошибкой.

Умирают-то одни живые, а мертвецы если и оживают, то только в каких-то исключительных случаях. Родиться мертвым можно, а умереть живым – нет. Прожить человек способен лет сто, а быть мертвым – хоть сто миллионов лет. Мертвецы не пьют коктейли. Стало быть, все мертвецы поголовно если и не хорошие, то уж точно не плохие парни. Получается, плохой парень, умерев, неизбежно хорошеет как минимум до нейтральной оценки. Выходит, что в этом аспекте смерть лучше жизни.