Пушкин в Голутвине. Герой не своего романа

14

На платформе станции метро Черкизовская оказалось полно милиционеров и футбольных болельщиков, от красно-белых и сине-красных шарфов которых рябило в глазах. Мы бегом поднялись по эскалатору, выскочили на улицу и, лавируя между неспешно бредущими группами фанатов, помчались к стадиону. Чем ближе мы подбирались ко входу, тем плотнее становилась толпа болельщиков. Когда до ворот оставалось метров пятьдесят, мы окончательно застряли в гуще широкоплечих бритоголовых молодых людей.

– Есть соображения, как в этом стогу отыскать нашу кучерявую иголку? – спросил Колян.

Павлик кивнул и, сложив рупор из ладоней, закричал: – Ра-а-ади-и-ик!

– Вот ведь русский лес – заблудливый и беспощадный, – вздохнул Колян и тоже принялся выкрикивать имя потерявшегося товарища. Закричал и я.

Мы кричали и кричали, но Радик не откликался. Тем временем, все желающие попасть на матч успели пройти за ворота стадиона, и улица опустела.

– Хватит орать. Мы либо ошиблись, либо опоздали, – сказал Колян охрипшим от крика голосом.

– Ущипните меня, – прохрипел Павлик. Колян послушно щипнул его за руку.

– Вы это тоже видите? – Павлик показал пальцем куда-то за наши с Колей спины. Обернувшись, мы не увидели ничего необычного – улица как улица, да вестибюль станции метро.

– Смотрите, вон там, на столбе рядом с лужей.

Подняв взгляд, на фонарном столбе под самым плафоном я увидел фигуру.

– О, наш клиент, – обрадовался Колян. – Пошли, будем брать.

Мы подошли к столбу и задрали головы.

– Радик, спускайся, – крикнул Павлик.

– Не могу, – голос Радика, руками и ногами обхватившего жирафью шею столба, был таким тихим, что я его еле различал.

– У тебя что, любовь с этим столбом что ли?

– Нет. Я забыл, как спускаться, – прошелестел Радик.

– Есть два способа, – сказал Колян. – Первый – двигаешь конечностями и постепенно сползаешь вниз, а второй ускоренный – разжимаешь руки-ноги и…

– О-па! Смотрите, парни, бабуин, – гогоча, к нам приблизилась компания из четырех молодых людей.

Очевидно, они не интересовались футболом, и матч «Спартак-ЦСК» их волновал гораздо меньше, чем сидящий на столбе Радик. – Ишь, как по пальмам соскучился. Может, его в зоопарк вернуть надо?

– Идите, куда шли. Это наш бабуин, – сурово прохрипел Колян.

– Ты что-то вякнула, плесень? – самый высокий, широкоплечий и пузатый парень из четверки навис над Коляном.

– Мой коллега намекнул, что мы тут без посторонней помощи справимся, – сказал Павлик. – Проваливайте.