Три Толстушки: Книга Нехилых Перемен

 – Это дискриминация и издевательство! Ложь и провокация! Полные люди не могут так двигаться! Это противоестественно! Вы заставляете нас стесняться своих прекрасных тел, данных нам господом богом! Мы вас всех засудим! Вам не удастся сломить наш дух, уничтожить нашу индивидуальность и растоптать наше достоинство! Мы против демонстрации того, чего не можем повторить сами! ЖИРНЫХ ПАНД НА МЫЛО!

– Ха-ха-ха! – заливалась другая часть публики, потоньше на вид и явно предпочитающая еде наркотические средства различной степени тяжести.

 – Браво! Браво! Карликов бы еще! И других уродов! Уродов хотим! Вот придет к власти артист Канатов, он все как надо сделает! К черту Трех Толстух! Кайф для всех!

В это время раздался чей-то очень громкий крик:

– Пожар! Город горит!

Люди, и толстые и тощие, позабыв о своих оскобленных чувствах и жажде посмотреть на уродов, давя друг друга и опрокидывая скамейки, побежали к выходам. Работники зоопарка просили их соблюдать спокойствие и пропускать вперед детей, женщин и стариков, но тщетно.

Таксист, который вез доктора, повернулся и сказал, указывая впереди себя искусственным фаллосом:

– Ну и делишки, сахарок! Похоже, что наркоманы поджигают спальные районы. Они думают, что артист Канатов ныкается где-то там. Хотят его выкурить, чтобы он поскорее навалял Толстухам.

Над городом, над подпирающими небо массивами многоэтажных домов дрожало розовое зарево.

Такси доехало до городской площади Почти Всех Звезд, но оказалось, что проехать через нее невозможно.

При въезде столпилась масса автомобилей, автобусов, коммунальной спецтехники и других транспортных средств.

– Что такое? – спросил доктор Гаспарян.

Никто ничего не ответил, потому что все были заняты тем, что происходило на площади. Таксист по пояс высунулся из окна автомобиля и стал тоже глядеть туда, открыв Сержу роскошный вид на его «дерзкую попку» невероятных размеров.

Площадь была окружена огромными, одинаковой высоты и формы домами и покрыта стеклянным куполом, что делало ее похожей на колоссальный цирк.

В середине купола, на страшной высоте, горел ярчайший в мире фонарь. Это был удивительной величины шар, висящий на мощных тросах и напоминающий звезду по имени Солнце. Ни на площади, ни в домах, ни на улицах поблизости не требовалось больше никакого света. Звезда освещала все закоулки, все уголки и даже нужники во всех домах, окружавших площадь каменным кольцом.