Когда Семью выбирают

От излишне мощных ударов кровь забрызгала его всего. С таким удовольствием обычные люди втыкают вилку в кусок горячего шашлыка. Сейчас Солдат был другим человеком. Влад не узнавал в этом «мяснике» с перемазанным кровью лицом молодого парня, отличника боевой и политической службы, весельчака, любимца женщин. Он на глазах превратился в людоеда, получавшего какое-то патологическое удовлетворение от происходящего. Крепыш, видимо привыкший к подобным «затмениям» Солдата, даже не пытался его остановить. Он занимался примерно тем же самым с другим трупом.

В это время в помещение зашли Ара, Руха и Старый. Они посмотрели на все происходящие и стали помогать Владу упаковывать части.

– Заверните в несколько пакетов, кровь не должна протечь. Ее потом ничем не отмоешь, – сказал Крепыш, вытирая окровавленный топор тряпкой, затем добавил:– Хорошая сталь. Закаленная. – И провел пальцем по блестящему лезвию топора, как парикмахер проводит по лезвию бритвы, перед тем как начнет брить клиента.

Солдат разрубил последую кисть пополам.

От удара топора отрубленные пальцы разлетелись по комнате. Руха поднял один. На нем красовался массивный перстень с крупным бриллиантом.

– Карата на три, – сказал Крепыш, подойдя сзади. – Дай сюда.

Он забрал у Рухи перстень, взял молоток и, положив перстень в тряпку, разбил. После чего сунул в пакет и бросил в сумку к остальным пакетам. Увидев недоуменные взгляды, сказал:

– Вот из-за таких безделушек люди и попадаются. Жадность – плохое качество, оно мешает думать.

Кто не думает, тот сидит в тюрьме или лежит в земле.

Руха пожал плечами и стал дальше заниматься упаковкой. Влад почувствовал, как к горлу вновь подступила тошнота, и вышел на улицу. Трудно было сказать, от чего его тошнило больше: от запаха крови и мяса или от циничности всего происходящего. Дым сигареты снова помог ему прийти в себя. Ну как тут бросишь курить, с такой работой. За последнее время в его жизни появилось слишком много трупов. Всю жизнь подсознательно он боялся именно такого развития событий.

Влад докуривал вторую сигарету и думал, как будет жить дальше. Какие у него есть варианты? Поехать в милицию и рассказать, что он участвовал в нашинковке пары человек, будто колбасы для салата «Оливье»? Итог: засунут в клетку, надают по почкам, а завтра, очень может быть, выдадут Брату. Даже если ему повезет, никто ведь не поверит в его рассказ. Только Джава сделает выводы, и нашинкованных трупов будет на один больше.