Ведьмин ключ

Когда устроились и немного обжились, кое-кто из рабочих стал высказывать сомнения насчет скорого начала работ. На такого шикали. С вопросами больше обращались к Гошке, парень простецкий и нужды работяг понимает.

– Здесь прошлый год зарабатывали на канавах по пятьсот рублей. В это время уже вовсю копали, – откровенно отвечал Гошка. – А нынче… Дней пятнадцать баклуши побьём. Раньше снег не сойдёт.

Однако год на год не приходится. Прошли самые поздние сроки, а снег лежал, хотя солнце жгло по-южному и лица людей чернели от загара, да вдруг, отнимая последнюю надежду, в конце второй недели повалил свежий, забуранило.

Когда пурга кончилась, ветер намертво прикатил новые сугробы, и они по ночам дышали неистребимым полярным холодом. Сидение продолжалось.

Сейчас снег заметно осел, щетинился льдистыми иглами, кое-где его промыло талой водой. Было похоже, что он скоро сойдёт.

Выйдя из палатки рабочих, Харлампий завернул в палатку-кухню, стоящую на отшибе. Вера в цинковом тазу мыла посуду. Над жирной парящей водой двигались её полные красные руки, стопка чистых алюминиевых мисок матово отсвечивала на жердяном столе.

Заметив начальника, она схватила полотенце, суетливо обмахнула скамью.

– Вот туточка, – пригласила она и, вскинув руки, поправила косынку. Фартук на её груди выпер двумя засаленными буграми.

– Жердей надо настлать, – глядя на разжиженную землю пола, сказал Харлампий.

– Надо, ох надо, – вздохнула повариха. – Цельный день народ в лыве толчётся, прямо бяда.

Харлампий прошел в угол, наклонился.

– А это откуда? – удивился он, разглядывая букет в стеклянной банке.

– Да Женька из-под горы принёс. Жарки, – несмело улыбаясь, объяснила Вера, подходя к начальнику.

Харлампий взял букет, понюхал.

– Там, за кухней в ящике хек припахивать начал, – вспомнил он. – Снег кругом, а мухота откуда-то налетела.

– Дак лето ж, – проговорила за спиной Харлампия Вера и вздохнула. – Хоть и снег, а всё равно ле-ето.

– Ты рыбу, хек этот серебристый, выбрось, да куда-нибудь подальше и закопай.

– Да много хеку-то, – испугалась повариха. – Добра-то. Поди дорогая, зараза, раз серебриста.

– Спишем. По два рубля на брата накину за питание, и обойдётся. Здоровье дороже. – Он поставил букет на место, отряхнул ладони. – Вот отведём воду на кухне, пол настелим тебе, только корми людей повкуснее. Компоты там всякие, фигли-мигли. Разнообразь.

Глядя мимо Харлампия, Вера согласно кивала головой.

– А правда.