Смартфон

Что не могло не радовать меня самого, так как исходя из данной логики я не был безумцем, не был бракованным китайским смартфоном, а был чем-то гораздо большим, как и Олег не был телом, просто выполняющим функцию в пищевой цепи и поддерживающим круговорот веществ и энергии в природе.

– А ты, можно подумать, не функция. Тут бы я с тобой еще поспорил, – молча, ответил я ему тогда, наперекор собственным рассуждениям и умышленно завис.

– Так вот, – продолжил Олег, тщетно пытаясь ввести новый запрос в поисковике.

 – Постоянно ища душу, ты истерзаешь ее до кровавых ран, утомишь ее же до полусмерти, зальешь алкоголем до асфиксии, но так и не найдешь, и рано или поздно, ты придешь к выводу что ее просто нет. Пытаясь познать и осознать пустоту, рано или поздно ты поймешь, что и это невозможно. И тогда ты обретешь и познаешь душу, возможно даже, не только свою собственную, но и душу другого человека. Но это уже гораздо сложнее. Хотя, как бы хотелось, как бы хотелось познать собственную душу и душу другого человека, и ничего более не надо, это единственное в нашей жизни, что действительно чего-то стоит. Все остальное – блеф и иллюзия, ложь и обман. Ладно, что я тут перед тобой распинаюсь, пойду лучше картошку полоть, раз уж ты, все равно, завис.

– Да уж, конечно, займись лучше делом, в котором ты реально что-то смыслишь, – ехидно сказал я про себя, не подчиняясь командам Олега. Сказал или подумал я про себя? Наверное, все-таки, сказал.

Я довольный собой был взят на улицу, в огород и был положен на чистый лист бумаги поверх пыльного парника, обшитого некачественным рубероидом.

Олег ничем не накрыл меня от палящего солнца, и я был благодарен ему за это. Солнце было уже высоко и ярко освещало объективно существующий мир, явленный сознанию человека, лучи солнца играли на поверхности воды в бочке, создавая причудливые картины, суетливые воробьи щебетали и игрались в лучах солнца и создаваемых ими же брызгах воды, усиливая феерию света, доводя до эйфории состояние собственных крошечных душ. Легкий переменчивый ветерок колыхал деревья и травы. На душе Олега и у меня на душе стало очень хорошо и спокойно. Я ощутил близость с природой, уважение к ней и восхищение ей. Но минуты блаженства и единства с природой продлились не долго. Из соседнего участка донеслись сначала какие-то помехи, усиленные динамиком, а затем раздались громкие мертвые звуки хриплых басов убитых колонок.