Король поневоле

Кстати, а сколько вообще у этого Рокара людей?

– Торус, а почему нас сопровождает только пять десятков стражников? Разве у графа их не больше?

– Ну, любому графу в Паннонике положена дружина из ста человек. Но, не будет же он, опасаясь хаугватеки йогвита, оставлять замок без защиты? Как обычно, половину оставил защищать свою нору, половину – отправил разбоем заниматься.

Так, у графов дружины по сто человек. А что там за термин, который не перевёлся, и, значит, отсутствовал в понятиях его мира?

– Хаугватеки йогвита?

– Ну да, спор за замок.

Не знаешь, что ли? Дворянские разборки, не все о них знают. Любой именитый дворянин может захватить замок другого. Ему нужно продержаться там сутки, подняв на флагштоке своё знамя. Получится – станет новым владельцем замка. Вот тебе и хаугватеки йогвита!

– Это только для графов?

– Не, и для баронов, и для герцогов. Также и в отношениях с другими государствами – захватишь столицу другого государства, остальные признают это, если продержишься там сутки с флагом на ветру.

– А я могу?

– Что – можешь?

– Ну, замок захватить?

– А ты – именитый дворянин?

Чёрт, как ответить? Скорее всего, под именитыми понимается феодальная лестница – бароны внизу, графы – над ними, выше – герцоги, самый высокий – король. Что-то Влад не помнил, чтобы Вальд называл себя ти или ещё какой приставкой. Видать, не дворянин вообще. Ну, не именитый точно!

– Нет!

– Ну, значит, не можешь.

Да, это всё интересно, и даже полезно знать. Знамя, видимо, основной символ дворянина.

Но, сейчас главное сбежать – это самое важное!

Глава вторая. Побег

Если бежать, то это просто жизненно необходимо сделать ближайшей ночью: потом побег станет почти нереальным. Спутник у него есть?

– Торус, готов сбежать?

– Всегда готов! Мне в замке счастье не светит: показательно отрубят голову мечом как рыцарю на следующее утро. Но, Вальд, как ты сможешь это сделать?

– Пока не знаю. Но, кое-какие идеи есть. Подыграешь, когда понадобиться? Да, твоих «друзей» с собой берём?

– Подыграю, конечно, понял.

Нет, этих предателей оставим здесь: то им будет наказание за предательство.

Жестоко? Пожалел бы пленных Влад? Наверно, нет. Никаких эмоций к скрюченным в других клетках он не почувствовал.

Колонна в это время продолжала движение: широкая лесная дорога ложилась ухабами под скрипевшие колёса, пехота позади и по краям негромко пела походные песни, способствовавшие двигаться в общем ритме, сберегая силы.