Хроники Империи Ужаса. Крепость во тьме

– Хватит, чтобы хоть что-то изменить?

– Сомневаюсь. Мы оба знаем, что побед, подобных Вади-эль-Куфу, больше не будет.

– Но почему Абуд не послал королевские войска?

– Думаю, в лагере короля дела обстоят не лучшим образом. Похоже, некоторые валиги отказываются посылать людей в этот дьявольский котел, предпочитая сидеть на месте, пока Эль-Мюрид сам к ним не придет. Если Абуд и собирался кого-то послать, то именно наемников. В данных обстоятельствах он сделал все, что мог.

– Но этого недостаточно. – Юсиф ударил по покрытому мхом камню парапета. – Никак недостаточно.

Радетик взглянул на дым пожара:

– Гарун там?

– Да. Фуад говорит, он неплохо справляется. Есть еще новости? У тебя был мрачный вид, когда ты пришел.

Радетик несколько минут молчал, о чем-то размышляя.

– Принц Хефни убит, – наконец сказал он.

– Жаль. Снова хариши?

– Да.

Хефни был последним сыном Абуда, не считая кронпринца Ахмеда.

Во многом он был похож на своего брата Фарида. Ходили слухи, будто Абуд хотел сделать Хефни кронпринцем вместо Ахмеда, заставив того отречься в пользу брата.

– Похоже, род Квесани вымрет.

– Валиг…

Юсиф медленно повернулся:

– Только не говори мне больше дурных вестей, Мегелин. Вряд ли я вынесу то, что, как мне кажется, ты собираешься сообщить.

– Мне не хочется. Но рано или поздно придется.

Юсиф уставился на огонь.

– Тогда выкладывай, – буркнул он.

 – Лучше уж сейчас, чем потом расклеиться на глазах у всех.

– Твои сыновья, Рафи и Юсиф… они погибли во время нападения на Хефни. И они прекрасно себя показали.

Оба уже несколько лет служили королю в Аль-Ремише. Посылать сыновей ко двору было обычным делом для местной знати.

– Вот как… Теперь у меня остались только Али и Гарун. – Он снова посмотрел на пожар, и на миг показалось, будто ответом на его мрачный взгляд стало очередное облако дыма.

 – Отвернись, учитель.

Радетик повернулся спиной. Человек имел право уединиться, чтобы пролить слезы.

– Абуд наверняка совершит какую-нибудь глупость, – по прошествии некоторого времени заметил Юсиф.

Казалось, будто он говорит вовсе не об Абуде, а умоляет о помощи.

Радетик пожал плечами:

– Поступки других от меня никак не зависят. Увы.

– Пойду, пожалуй, скажу их матери. Задача не из приятных.