Теневая Черта. Звездные ловцы. Звездный Рубеж

– Любопытно, – пробормотал он.

– Ты даже представить не можешь, насколько любопытно.

Интонации в голосе Кассия зачастую нелегко было уловить, но на этот раз Шторм сообразил:

– Ты что-то выяснил?

– Думаю, мы узнали почти все. Было бы интересно понаблюдать за Ди, пока мы будем это обсуждать.

– Прямо сейчас рассказать не можешь?

– До астероида пятьдесят один час лета. Пока приходи в себя. Ты все еще с трудом соображаешь. А обсуждение предстоит напряженное.

– Не сомневаюсь.

Последующие двое суток Шторм спал или терпел интригующие намеки сына на то, что удалось обнаружить им с Кассием на Большой Сахарной Горе.

Он попытался найти утешение в кларнете и Библии, которые, рискуя жизнью, спас его сержант с разрушенных останков одноместного корабля.

Зрение его оставалось слишком слабым, чтобы читать, а для игры на кларнете не хватало координации пальцев. Мыш читал ему вслух, так что время шло быстро. К тому же он много спал.

Мыш разбудил его, когда Кассий вошел в поле звезды.

Уолтерс намеревался совершить полный виток, на короткое время уйти в гиперпространство, используя поле звезды в качестве маскировки, а затем около суток дрейфовать со скоростью чуть ниже световой. Астероид болтался в кометном поясе звезды.

Цель маневра заключалась в том, чтобы оторваться от любого оставшегося незамеченным хвоста. Любому соглядатаю пришлось бы действовать на грани радиуса обнаружения, и он быстро потерял бы связь.

Когда они вышли на звездную орбиту, Шторм велел Мышу перенести его в рубку управления.

– Кассий, разверни корабль так, чтобы солнце было сверху, – сказал он.

– Есть.

Кассий изменил положение корабля, и звезда, покачнувшись, начала увеличиваться в размерах. Кассий нырнул к ней, скользя столь близко от ее поверхности, что линия горизонта исчезла. И казалось, они плывут под бескрайним огненным потолком, походившим на небеса Армагеддона, с которого с величественной грацией тянулись вниз языки пламени, словно пытаясь схватить их и увлечь в пылающую бездну.

Даже небольшие солнечные пятна напоминали обширные темные континенты, окруженные океанами огня. Кассий включил все фильтры, позволив Шторму задумчиво созерцать чудовищную печь, изначальный источник всех прочих видов энергии.

– Насколько же похожа звезда на саму жизнь, – заметил Шторм. – Она пульсирует и пытается удержаться в бескрайнем океане холодного отчаяния. Крошечное ядро каждого атома трепещет, сражаясь с вампиром тьмы, высасывающим его жизнь.