Встреча в метро

И постепенно все вернется? Вряд ли! Особых надежд на возрождение Европы он не питал, ибо Европа была осаждена. Азия и Африка, не в силах выйти за пределы порочного круга религиозных и иных догматов, порождали все новые миллионы лишних ртов, для которых не было ни работы, ни еды, и все эти люди прорывались в Европу, не помогали ни береговые заставы, ни пограничные кордоны, их было слишком много, они шли огромными толпами, плыли на гигантских флотилиях, а прорвавшиеся тут же начинали размахивать европейскими законами, требуя себе кусок общественного пирога.

И все бы ничего, если б они не посягали на святое святых, на европейскую культуру, ибо что есть Европа, если не европейская культура. Нет, немалая часть пришельцев согласна была, так сказать, живя в Риме, блюсти римские законы, но существовала и другая, твердо намеренная переделать Европу под себя, с годами таких становилось все больше, поскольку непоправимо менялись пропорции, европейцев ждала незавидная судьба меньшинства на собственном континенте. Он снова вспомнил недавнюю атаку на музеи, это была не просто маленькая демонстрация силы, нет, объявление войны, и что с этим делать, было совершенно непонятно. И ведь это лишь одна сторона дела, с другой, Европа уничтожала себя сама, заменяя истинные ценности ложными, в том числе в области культуры. Поп-арт, электронная музыка, розовая слизь, вонючая грязь и порнография в качестве литературы и кинематографа… Разврат, деградация, распад… И все под лозунгом свободы. Свободы, которая из факела превратилась в дубинку. На самом деле, свобода – для хищников, для общественного животного, каким является человек, куда важнее самоограничение. Как в искусстве. Когда ты ваяешь женское тело, как оно есть, ты себя вроде бы ограничиваешь, можно ведь высечь из мрамора бревно или бутылку и написать под ним, что это женщина, вот тебе свободная творческая мысль, но искусства в этом нет и быть не может… И хорошо еще, что тебе не запрещают выкидывать все эти свободные творческие мысли на помойку, делай, что хочешь, только не смотри по сторонам и не мешай «творить» другим. Иди, Ив Легран, как какой-нибудь Кандид, возделывай свой сад, вокруг которого уже собрались люди с топорами…

Закон, естественно, провалили, еще более цинично и откровенно, чем он ожидал. Ну и что? Это, как всегда, сойдет им с рук, всем ведь на все наплевать. Но тут, как вскоре выяснилось, он ошибся.