Спорим?

– Ты идешь? – с подозрением спросил он, щурясь.

– Да, – я несколько раз кивнула, сжимая кулаки.

Джейс склонил голову набок.

– Твой друг разве не запретил нам общаться?

– Ты немного путаешься. Мы не запрещаем ничего друг другу. Каждый выбирает сам.

– А то я решил, что это стокгольмский синдром, – протянул он.

Я фыркнула, закатывая глаза. Направилась к мотоциклу, но он так и остался стоять на месте. Я сложила руки на груди, приподнимая брови.

– Я могу взять его и попрактиковаться сама? – выразительно спросила я.

– Ты хочешь, чтобы я пошел за тобой? – спросил Джейс с насмешкой. Он никогда не бывает серьезен? Бывает, конечно. Когда угрожает.

– Идиот, – сорвалось с губ. Я развернулась, направляясь к мотоциклу.

Реакция не заставила себя ждать. Андервуд резко схватил меня за руку и дернул, разворачивая к себе. Я пошатнулась, хватаясь за его рукав, чтобы устоять на ногах.

– Я тебе говорил, что ты не имеешь никакого права оскорблять меня, – прошипел он, а мне стало смешно.

Сколько агрессии из-за одного оскорбления.

– А ты не имеешь никакого права трогать меня, – в тон ему ответила я. – Собираешься ехать или только болтать и можешь? Говорю же, у меня не так много времени. Я тут только из-за денег.

– Да? – он прищурился. – Признаешь, что ты продажная?

– Если под продажностью ты подразумеваешь примирение с перспективой нахождения рядом с тобой, то да. Я совершенно точно продажная, – я благодарила богов, что не запнулась, говоря это.

Юридический учит говорить чисто и без запинок. Иначе не выжить. – Не у всех серебряная ложка во рту с рождения, знаешь ли.

– Завидуешь? – несколько разочарованно протянул Андервуд.

– Мне скорее вас жаль. Вы столько в жизни пропустили.

– Ага, жизнь в маленькой квартирке; вечный страх, что не получится поступить на бюджет; отсутствие машины и нормальной одежды… Ты про это говорила?

– Я про отсутствие свободы.

– Это у нас свободы нет? Я могу в любой момент сделать что угодно.

– Но ты тут. Споришь со мной. Не жалко ли, – тихо произнесла я, за что тут же получила по лицу. Пощечина, но болезненная. Давно я их не получала.

– Не смей смотреть на меня осуждающе. Ты из Клетки. Кулаком все же совесть не позволяет.

Я хмыкнула и медленно кивнула. Резкий выпад, удар ребром ладони прямо по кадыку. Джейс пошатнулся, хватаясь за горло. Он закашлялся, качая головой. Оперся рукой о столб.