Спорим?

– Если думаешь, что я буду терпеть подобную хрень, ты сильно ошибаешься, – я быстро отошла назад, чтобы нас разделял мотоцикл. Все же Тео говорил правильно: на его стороне сила. А против грубой силы особо не попрешь.

Джейс застонал, запрокидывая голову. Он поправил одежду и разочарованно вытащил из-за ворота что-то. Я не смогла разглядеть: он вовремя отвернулся.

– Твою мать, как же с тобой сложно, – простонал он, оглядываясь. Я нахмурилась, ведь ожидала злость, а не это. – Из-за тебя я повредил микрофон.

Вот же черт… Могла ударить в живот или ноги, как нормальные люди? Или хотя бы лицо? – ругался он, но тон был совершенно не серьезен. – Блять… До сих пор в горле першит.

– Что ты… – я мотнула головой.

– Похоже, тренировка отменяется. Нужен новый микрофон.

– Нет, – тут же сказала я. – Можно ведь хоть раз потренироваться нормально? Без твоих замашек. И без зрителей. У тебя будто раздвоение. На публику одно, а за кадром другое, – я почувствовала себя в безопасности.

– Не я пишу сценарии, – фыркнул он и тут же умолк, прищуриваясь.

 – Не я делаю ставки.

– Зачем ты это рассказываешь? – я склонила голову чуть набок, опираясь о мотоцикл. – Разве не смысл в том, чтобы я не знала, а потом мне было… – я усмехнулась. – Что вы там прогнозируете? Боль, отчаяние или вселенскую тоску?

– Смысл в том, что мы измеряем цену каждого. Насколько низко готовы пасть люди ради денег.

– Вы так циничны. Отбери у вас деньги, что останется? – я сморщилась. – Даже ваше напыщенное эго сдуется.

– Мое прекрасное лицо останется со мной, – с фирменной улыбкой произнес Андервуд.

Я едва сдерживала свою мимику. Он наверняка ждет этого. Ждет, пока я сорвусь. Я выдыхаю, медленно сжимая ладони в кулаки.

– Ты вообще бываешь серьезен? – раздраженно спросила я. – Ведешь себя просто… – я мотнула головой, задыхаясь в словах. Но на языке были лишь маты.

– Поражаешь, – хмыкнул он. Улыбка дрогнула, а на лице снова будто маска. Это состояние пугает. – Я думал, ты умнее.

Он направился ко мне размашистым шагом. Многих усилий стоило оставаться на месте, а не начать отступать. Я просто представила вокруг себя Клетку и толпу. Легче оставаться сильной, когда знаешь, что за слабость тебя забьют до смерти. Поэтому я редко отступала на первых секундах. Нужно показать силу, чего бы это ни стоило. Мне нужна аудитория.

– Ты едешь? – он кивнул на мотоцикл. – Или я шлем зря брал?

– Надо же… Это будет единственный нормальный раз.