Илиада. Перевод А. А. Сальникова

Лев, что в степи у овец руноносных в ограде застигнут

Был пастухом и за то был им ранен, слегка, не смертельно.

Ярость лишь в нём пробудил этой раной пастух. И теперь уж

140 Сам в страхе спрятался в дом, бросив стадо. И мечутся овцы,

Жмутся к ограде, одни на других налегают в испуге;

Лев распалённый назад чрез высокую скачет ограду.

Так распалённый Тидид внутрь фаланги троянской ворвался.

Там Астиноя поверг и народов царя Гипенора:

145 Первого в грудь у соска поразил медножальною пикой;

А у второго плечо отделил от хребта и от шеи,

Резко огромным мечом по плечу возле шеи ударив.

Бросив убитых, напал на Абаса с вождем Полиидом,

Старца гадателя снов Эвридама сынов. Им, однако ж,

150 Перед сраженьем отец не сумел разгадать сновидений.

Наземь поверг их Тидид многомощный и снял с них доспехи.

После на Ксанфа пошёл и Фоона, на двух Фенопидов,

Фенопа поздних сынов.

Тот не имел, кроме них, сыновей, чтоб наследство оставить.

155 Их же Тидид умертвил, он у братьев несчастных похитил

Сладкую жизнь; а отцу их оставил лишь слёзы и скорби.

Старец не обнял детей, возвратившихся с брани кровавой,

И всё наследство его меж собой разделили чужие.

Там же напал он на двух сыновей Дарданида Приама,

160 Что в колеснице одной были: Хромия и Эхемона.

Так же, как лев на коров нападает, пасущихся в роще,

И сокрушает, поймав, с силой шею бычку или тёлке, —

Так беспощадно Тидид с колесницы низверг Приамидов,

Как ни противились, – сбил и сорвал с поражённых доспехи.

165 Их же коней поручил отогнать к кораблям многоместным.

Храбрый Эней усмотрел истребителя строев троянских,

И сквозь гремящую брань, сквозь жужжащие копья пошёл он,

Пандара всюду ища, не найдет ли, подобного богу.

Вскоре его он нашёл Ликаонова славного сына,

170 Встал перед ним и сказал, негодуя, в лицо ему глядя:

«Пандар! Ответь мне сейчас, где твой лук и крылатые стрелы?

Где твоя слава стрелка, что никто из троян не оспорил?

Даже ликиец тебя превзойти по стрельбе не гордился.

Руки ты к Зевсу воздень, и пусти ты пернатую в мужа,

175 Кто бы он ни был. Могуч, и погибели много принёс он

Ратям троянским.