Деволюционист и Эмансипатрикс

И Реблонг, за которым Смит внимательно наблюдал, направился прямо через люк в борту огромного корабля, а затем по коридору в машинное отделение.

У Смита было мало возможностей для изучения механизмов. Реблонг окинул все одним взглядом, затем подошел к невысокому чернобородому парню, стоявшему у приборной доски.

– Все как обычно, мой друг?

У него был приятный голос, как впервые заметил Смит.

– Да, как обычно!

Голос мужчины был наполнен горечью.

– Именно это и есть проблема! Никогда нет никаких улучшений, всегда все как обычно! Скажите, Реблонг, не обижайтесь, но я думаю, что мы дураки, раз миримся с тем, что нам дают!

Человек Смита уверенно уселся перед приборами.

– Лично я думаю, что мы не дураки, а просто везунчики.

– Везунчики! – фыркнул второй мужчина. – Хотел бы Эрнол услышать, как ты это говоришь! У него бы случился припадок!

Реблонг ничуть не смутился.

– Кстати, а что стало с этим парнем? Я его уже несколько недель не видел?

– Точно не знаю, – с некоторым беспокойством ответил парень. – Он вернулся в Каластию, и это последнее, что я о нем слышал.

– Каластия? Вчера вечером я видел в газете заметку о том, что Каластия находится на карантине. Все информационные сообщения прерваны.

Мужчина мгновенно почуял беду.

– Карантин! Почему это должно быть причиной того, что новости прерваны? Тут дело не только в карантине, Реблонг! – и он начал возбужденно расхаживать по комнате. – Я еще раз скажу – мы глупцы, если верим всему, что говорит нам комиссия. По-моему, они уже достаточно долго морочат нам голову!

Реблонг подавил зевок.

– Мне все равно, старина. Я готов оставить им право управлять государством.

– А вот в этом-то и дело! – вскричал другой. – Ты и все остальные, кроме тех, кого учил Эрнол, считают, что комиссия дана Богом и не может сделать ничего плохого!

– Да? – вежливо ответил тот. – Может быть, и так; только нельзя винить нас за то, что мы очень высокого мнения о правительстве, которое действует следующим образом.