Нереальная коллекция. Сборник рассказов

– Ага, она самая… Три комплекта пропало… Кто виноват? Марья Иванна, кто ж еще! А кто пересчитывал?

Облако вокруг санитарки взорвалось серией яростных вспышек.

Швабра в ее руках захватывала подсохшие капли. Баба Маша отжимала тряпку в ведре, и там капли опять краснели, распускались длинными плавными нитями.

Маруся завороженно смотрела на новую игру красок.

– На что загляделась? – легкий толчок вывел кошку из состояния оцепенения. – Беги уже, там тебе стол накрыли. А воровка будет пол домывать, к чему она еще годна?

Маруся оценивающе оглядела бабу Машу.

Свечение потухло, стало неинтересным. Еда была лучше.

Маруся направилась туда, где проходили ненавистные пятиминутки и где за шкафом стояли ее миски.

В ординаторской никого не было. Маруся спокойно поела, забралась на диван и начала приводить себя в порядок. Тщательно вылизала бока, живот, вымыла уши. Когда принялась за хвост, дверь открылась, и появился врач.

Среди всех больших людей Маруся различала только бабу Машу и его.

Бабу Машу за оранжевый свет. А этого – за рост и голос. Врач был гигантом и говорил басом, иногда дающим оттяжку в хрип. Кроме того, он никогда не брал Марусю на руки, что она особенно ценила, и назвал «котэ».

– Ты здесь, котэ? – спросил Большой Врач и зажег свет. – Значит, будем вместе дежурить?

Маруся сощурила глаза.

– Сиди, сиди, – сказал Большой Врач, хотя Маруся не сделала ни единой попытки встать. – Я тут сбоку чаю попью, – и загремел чашками.

Маруся продолжила умывание.

Дверь снова раскрылась, и вошел еще один врач. Этого Маруся не отличала от прочих – такой же шуршащий халат, стучащие каблучки и сладкий запах духов вперемешку с табаком.

– Поставил чайник? – спросил Врач Поменьше. – Я бутерброды принесла.

– Доставай. И дверь прикрой, покурим.

Запахло дымом.

Маруся перебралась на подоконник. Села спиной к людям и начала изучать заоконный пейзаж.

Стремительно темнело. В соседнем корпусе одно за другим зажигались окна.

Загорелись и фонари вдоль дорожек. Их туманные круги освещали серый ноздреватый снег на газоне и полузамерзшие лужи на асфальте.

Чуть дальше, за забором, шла дорога, по которой непрестанным потоком катили машины. Маруся с удовольствием наблюдала за перемещением огней: белых в одну сторону и красных – в другую. Она давно сообразила, что жизнь маленьких подвижных огней зависит от двух больших и неподвижных – зеленого и красного.