СЭМПАЙ

«Вот дерьмо! Но это невозможно!» – подумал он, вызывая в памяти лицо водителя.

Стих за поворотом шум автомобиля, рассеялся пороховой дым, и больше ничто не нарушало тишину. Мортон выждал минуту, потом осторожно двинулся к магазину. Яркая переливчатая вывеска «Моррис и сыновья» освещала осколки красочной витрины, разбросанные игрушки и поваленные рекламные стенды. Держа автомат наготове, он заглянул внутрь.

В кресле у кассовой стойки сидел кассир в фирменном костюме. На миг Мортону показалось, что тот спит, но только на миг.

Наметанный глаз выхватил из общей картины маленькую дырочку под нагрудным карманом, прикрытую складкой. Кассир был не живее стоявшего рядом огромного плюшевого Винни-Пуха, вспоротого автоматной очередью. На пороге, рядом с постом товарного контроля, лежал охранник, сжимая в руке клочок бумаги.

Дэвид нагнулся, вытянул из теплой еще руки судорожно смятый листок – поддельный ордер налоговой инспекции.

Оставаться дольше было ненужно и небезопасно.

Где-то надрывалась полицейская сирена. Он вышел на улицу, подобрал кейс и свернув на 80-ю улицу, быстро зашагал прочь. Удостоверение специального агента ФБР, конечно, весомый аргумент в любой ситуации, но им, как и многими другими, Мортон предпочитал пользоваться лишь в крайнем случае.

Дэвид поднялся с кресла и подошел к окну. Да, все так и было. Он мысленно прокрутил происшествие того вечера словно видеофайл, кадр за кадром, и все же его не покидало чувство, что какой-то момент остался «невоспроизведенным», какая-то деталь не совсем вписывалась в общую картину.

«Вряд ли серьезные люди занимались бы таким мелким и беспардонным грабежом, – думал Дэвид, пуская к потолку завитки сигарного дыма. – Скорее всего, мобстеры – стихийная компания пустых голов. Но вот водитель… Или и впрямь, все двуликие – на одно лицо?»

Дэвид не успел додумать эту мысль. Его изощренный слух подсказал, что кто-то осторожно пытается вставить ключ в замок входной двери.

Мортон взял со стола «Глок», бесшумно вернулся в кресло и удобно положил руки на мягкие подлокотники.

В телевизоре молча кричала очередная реклама, за окном стихали последние дневные звуки, в черепаховом панцире дымилась доминиканская сигара, а за стеной под чьими-то осторожными шагами шуршал ковер…

Когда шорох приблизился к двери, Мортон, не снимая рук с подлокотников, резко нагнулся и рывком распрямил ноги.