Сумка со смертью

Просто обманула, чтобы привязать меня к себе, – как вам это нравится?

– Ну и что? – возмутилась женщина. – Моя дочь сражалась за свою любовь!

Он чуть не поперхнулся, стал кашлять. Женская логика зверствует независимо от возраста. К чему слова? Кто не грешил по молодости? Ну да, случались в биографии эпизоды, которыми трудно гордиться.

Откатилась дверь, ввалился Лопухин, и Алексей безропотно полез наверх, отвернулся к стене. Пусть смотрит, ему плевать. Мать обязана быть на стороне дочери. Он лежал с закрытыми глазами, вспоминал женщин, коим посчастливилось побывать в его постели.

Первая – Варвара Кружилина, жили в одном селе, ходили в школу поселка Монино, что в трех верстах от Затеши. Однажды так устали за день – а дело было в десятом классе, – что прилегли в стожок на поле между Монино и Затешей… Тоже обещал жениться и не сдержал обещания. Последняя – сегодня ночью, хорошенькая, веселая, хотя и немного грустная проводница Юля. А сколько было между ними – стыдно, майор, стыдно…

Он поворочался, опять спустился вниз и уселся рядом с дверью.

В купе вторглась Юленька, забрала пустые стаканы. Украдкой глянула на него, изобразив глазами: на выход, товарищ. Он поднялся под исполненным легкого презрения взглядом Анны Петровны, вынул из пачки сигарету – типа покурить. Уже вышел в коридор, как она бросила в спину:

– Чемодан свой забыли!

Алексей вспыхнул, но вернулся, безмолвно забрал кейс. Постучаться в соседнее купе он даже не успел. Отворилась дверь, проводница втащила его внутрь, стала осыпать поцелуями и зашептала:

– Все, мой милый, ты скоро выйдешь, поедешь в свою деревню, мы больше не встретимся… У меня еще есть дела до прибытия в Мирославль, увидеться не сможем… Жалко, но такова жизнь… Знаешь, я оптимистка, всю жизнь меня обламывают, а я верю во все хорошее… Возьми, – сунула она ему какой-то рекламный листочек, – там мой телефон и адрес в Красноярске.

Понятно, что не позвонишь, но все равно буду верить и ждать, так легче.

– Я позвоню, Юля, – пообещал он.

– Конечно, позвонишь. – Девушка старательно прятала навернувшиеся слезы. – Ты обязательно позвонишь, Алеша. Может, через год, два. Я буду ждать, не забуду тебя…

Глава вторая

Алексей вышел на платформу со смешанными чувствами. Хватит, на волю, в пампасы! Он будет жить, и непременно счастливо! Махнула проводница, отвернулась, забирая билеты у лезущих в вагон пассажиров. Из окна в спину смотрела женщина – он даже споткнулся.