Сумка со смертью

Давайте, мужики, рассаживайтесь, здесь вроде стоять нельзя…

– Да не спеши ты, Палыч, – хохотнул Борька Черкасов, – дай выпить с человеком – на дорожку, так сказать!

Такой фокус не вышел бы и у факира. Не успел Алексей глазом моргнуть, как в одной руке Черкасова возникла бутылка водки, в другой – два пластиковых стаканчика.

– Ну, начинается, – начал возмущаться пенсионер. – Борька, ты никак не можешь без этого. Видишь, человек домой рвется…

– Как старик к золотой рыбке! – веселился Черкасов. – Ладно, Палыч, уймись, тиран-ветеран ты наш, мы быстро.

Давай в машину, Леха, держи стакан…

Все трое сели в «Жигули» – Маслов на водительское место, остальные назад. Напиток не самых изысканных сортов (водяра в Мирославле всегда была суровая) обжег горло. Не успел продохнуть, закусить предложенным огурцом под недовольное брюзжание Маслова, как, откуда ни возьмись, объявился патрульный «УАЗ», встал впритык к переднему бамперу! Распахнулись дверцы, вылезли двое с сержантскими лычками, подошли, поигрывая дубинками.

У одного за спиной болтался коротыш-автомат, у другого на ремне красовалась кобура. Глазастые какие, мысленно чертыхнулся Алексей.

– Употребляем, граждане? – зловеще прогудел мордастый сержант, склоняясь над раскрытым окошком. – И стоим в неположенном месте, мешаем прохожим? А ну, выходи из машины!

– Командир, ты охренел? – взвился Черкасов. – Какого надо? Мы к тебе лезли? Стоим, никого не трогаем, сейчас поедем. Водитель же не пьет…

– Вылазь, кому сказано! – разозлился второй.

 – Ориентировка на вас и вашу машину!

– Да не свисти, какая ориентировка? – продолжал возмущаться Борька, но на всякий случай начал выбираться из салона. Провинциальная полиция никогда не отличалась добродушием и светскими манерами.

Его схватили за шиворот, вывернули руку, швырнули лицом на задний капот, тычком ботинка заставили раздвинуть ноги.

– Эй, алё, вы что творите, демоны? – возмущался Черкасов. – Мы что вам сделали?

Маслов благоразумно помалкивал. Алексей, нахмурившись, вышел со своей стороны.

К нему уже устремлялся от «УАЗа» третий член экипажа – с теми же знаками различия.

– А ну, стоять, ретивый! – Воронич выстрелил ему в физиономию красными корочками.

Сержант насупился, сбавил обороты. Подошел, поколебавшись, осторожно, словно мину, взял удостоверение, вчитался в содержимое.

И как-то быстро все встало на места. Он подал знак своим – отваливаем! Коллеги неохотно отвязались от Черкасова, ретировались, уселись в «УАЗ».