Любовь? Какая, к чёрту, любовь?!

– Людмила Васильевна, – кивнула ему в ответ, улыбаясь еще приветливей.

– Не могли бы вы сообщить владельцу этого бистро, что я хочу с ним побеседовать?

Я насторожилась, но продолжала улыбаться.

– Извините, но представьтесь, пожалуйста.

– Грызин Андрей Викторович, – он протянул мне визитку. – Менеджер по проектам, инвестор.

– Инвестор?

На миг мелькнула мысль, что моё бистро кому-то понравилось настолько, что в него захотели вложиться. Я уже нарисовала себя хозяйкой крутого ресторана.

– Да. Мы ищем для наших клиентов помещения. Разумеется, здесь нужно будет сделать хороший ремонт, но мой клиент предлагает хорошие деньги за этот уголочек.

Меня будто рывком сдернули с небес на землю. Моя улыбка погасала.

– Это уголочек не продаётся, – отрезала я и стянула губы в злую полоску.

Этот белобрысый хлыщ в ответ рассмеялся:

– Дорогая моя, всё в этом мире продаётся! Сколько вы хотите за эти, кхм, руины?

Может, он и предложил бы мне сумму вдвое большую, чем я потратила, но меня уже заклинило.

Ишь, всё продаётся! Циничная сволочь! Тон этого Андрея Викторовича отчего-то напомнил тон Алексея, который этим утром приценивался ко мне, как к безделушке в магазине.

– Извините, – тихо произнесла я, брызнув льдом из глаз в этого пижона, – здесь ничего не продается, кроме булочек и кофе. Вам завернуть с собой?

– Нет-нет, – он отпрянул, выставил ладони вперёд, словно защищаясь.

Наверное, уловил устрашающие интонации в моём голосе. – До встречи, Людмила Васильевна.

Пока он шёл к выходу, я провожала его взглядом, а едва захлопнулась дверь, в изнеможении опустилась на стул.

***

Ехал и ругал себя. Зачем поехал туда? Результат: испорченное настроение, тоска, сомнения. Судорожно схватил телефон, чтобы позвонить невесте, но вовремя вспомнил, что в Сиэтле сейчас ночь.

Прошло столько лет, и всё это время, живя в Штатах, я совершенно не думал о Ледышке – моей первой любви. Жил, дышал, радовался. Завёл невесту, красивую, в моём вкусе… Чёрт… она внешне всегда напоминала мне Людмилу.

Думал, что всё прошло, успокоилось, душевные раны затянулись… Нет. Всё здесь напоминало о Люсе.

В сердцах долбанул по рулю. Я – не он! Не тот прыщавый тип в очках, блеющий что-то нечленораздельное.