Серый градиент. Сумеречье

«У него есть какой-то компромат?», «Но откуда?», «И вообще, чего паниковать, если меня уже признал Император (ладно, не он самолично, а его приближенные, но все же)?» – мысленная цепочка выводов успокоила поднявшуюся в Рей бурю, так что она с легкостью отразила атаку:

– Уже трясусь от страха. Откуда у тебя эти параноидальные мысли? Мне нечего скрывать.

– У меня чутье на такие вещи, – с легким разочарованием пояснил Рен. – Я докопаюсь до правды, можешь в этом не сомневаться.

И вот тут Рей почувствовала, как весь ее негатив растворился в небывалом приливе веселья.

Ее враг номер один опирается на одно лишь чутье? Забавней некуда. И что он там говорил об актерском мастерстве? Грех не подыграть, когда так настаивают.

– Ну, попробуй, – Рей насмешливо улыбнулась, придав себе загадочности. – Смотри только не надорвись.

– Не волнуйся, – процедил Рен. – Уверен, это будет проще простого.

Не утруждаясь прощанием, он прошел дальше, демонстративно толкнув Рей плечом.

– Вот же, – возмутилась та, потирая запульсировавшую рану.

 – Меня окружают одни идиоты.

– Надеюсь, я не в их числе.

Этот задорный голос, прозвучавший за спиной, Рей распознала без промедлений и ответила, не оборачиваясь:

– Ты первый в списке.

Возмущенная физиономия младшего Принца тут же явила себя.

– Эй, я и обидеться могу!

– Вот и славно. Я как раз не настроена на разговоры, за сегодняшний день до конца жизни наговорилась.

– Да ладно тебе, мы столько не виделись, идем поболтаем.

В своем бесцеремонном духе Джебберт потащил Рей к выходу из здания, не внимая протесты.

Их проводили лиловые глаза, сверкающие из темноты за углом, что напоминало кадр из хоррора.

На заднем дворе Академии, где частенько трапезничали учащиеся, когда погодный фон позволял, пребывала живописная картина – огромную яркую поляну пересекали каменные дорожки в сине-бордовую клетку, а на стройных вереницах кустарников под сгорающим светом заката пестрели плетения алых и васильковых цветков.

Усевшись за столиком под деревом, Джебберт подпер голову ладонями, будто в ожидании интересной истории.

– Рассказывай, как прошел твой первый день в Сифесте? С кем подружилась?

Взгляд Рей принял выражение мертвой рыбы.

– Вот заладили. Дружба то, дружба се, в гробу я видала вашу дружбу.

Ее пессимизм вверг Джебберта в ужас.

– Как так? А мы разве не друзья?

– Становись в очередь, ко мне с утра уже двое прилипал клинья подбивали.

– Эй, я первый с тобой познакомился.