Magic: The Gathering. Война Искры: Равника

Их появление без труда заметил бы даже этот слабак, его братец, Уджин! И вот так они думали одурачить его, Боласа? Хм…

Ну, а что там их союзники? Златогривый, Налаар, Баллард и Карн по-прежнему пребывали в стенах представительства. Отворение портала Межмирового Моста пережили все четверо, и это стоило признать небольшим чудом. Однако оно будет последним из чудес, которые им суждено сегодня увидеть.

Весс, разумеется, ждала на позиции. В полной готовности выполнить повеление господина, дабы спасти собственную шкуру, покрытую вязью загадочных татуировок.

Второй слуга, Баан, охранял Бессмертное Солнце.

Болас расширил охват, потянулся мыслями вдаль. Кто еще из мироходцев сейчас на Равнике? Какой-то незнакомый мальчишка, едва-едва почувствовавший Искру и явственно пахнущий Гобаханом… Этот был совсем близко, как и вор по имени Фейден. Кроме них, к площади двигались бывшие, так сказать, креатуры дракона, Кайя и Зарек. До этого оба – каждый сам по себе – пытались упрочить собственную власть над гильдиями, что якобы возглавляли.

Естественно, великими успехами попытки не увенчались, ведь оба были обязаны возвышением ему, Боласу, а когда оставили его службу, дракон, в свою очередь, тоже бросил их на произвол судьбы. Ну, а без его поддержки им и мясного пирога не слепить – что уж там говорить об упрочении власти! Вот и так называемый «глава гильдии» Раде тоже сидит у костра в кратере Груулов, стараясь не выпустить из рук хлипкую опору собственной власти. Этому Болас еще мог бы помочь, стоило лишь захотеть… но стоит ли? Дракон ненадолго задумался. Да, возвышение Раде тоже устроил он, но… нет. Какой в нем смысл? Теперь Раде для Боласа бесполезен.

«Разве что только в одном».

Тем временем с противоположного края города двигались на соединение со Златогривым Аджани Тамиё с Киорой, прибывшие пару минут назад. За ними, одна за другой, в ответ на призыв Маяка, явились Нарсет и Самут.

И в ту же самую секунду на территории Ракдоса появился еще один мироходец.

«Кто же? О, да. Об-Никсилис. Этот, по крайней мере, чуть интереснее прочих. Хотя “интереснее” – пожалуй, не совсем подходящее слово. Возможно, чуть менее скучен?»

За этими шли еще и еще, а сколько еще придет… И каждого Болас помнил по имени, знал все его возможности. Все сильные и слабые стороны. Все трещины в латах каждого. Все это стало его ремеслом.

Прежде, чем день подойдет к концу, на зов Маяка Нив-Миззета откликнется не одна сотня мироходцев.