Мальформ

– Ну-ну! Ну-ну-ну! Ну-ну! – пела она.

Пасть на животе Эдит разверзлась вновь. Ей казалось, что она смотрит на себя со стороны. Бесконечная краснота раскинулась целой долиной, морем, океаном, она застилала все и простиралась во все стороны, ни конца ни края. А девушка утопала в ней до тех самых пор, пока не коснулась самого дна. У всего есть какое-то завершение.

Там она увидела три черных глаза, которые пронзили ее.

– Амам… – Раздался уродливо детский голос не пойми откуда. – Амам… Ам. Ам.

АМАМ.

А затем она падала, падала и падала во мрак. Бесконечно долго.

– Мисс Эдит, мисс Эдит! – звала ее женщина. Ей вторил плач, какое-то мурлыканье и бульканье.

Эдит открыла глаза. Она лежала в кровати. Рядом с ней очутилась вовсе не Куинси с ножом, а Ханна – одна из служанок Милтон Хаус. Девушка любила ее больше остальных. Ханна – самая добрая и покладистая из всех.

– Недоброе утро, милая Ханна, – пошутила она, приходя в себя. Потребовалось чуть больше минуты, чтобы избавиться от сонного паралича.

Он все еще ощущался крепкой мужской хваткой на ее плечах, вжимал ее в мягкость постели, не позволяя подняться.

Ее самый ужасный день рождения оказался лишь кошмаром.

– Какая же вы у нас маленькая бука! – воскликнула та. Сама Ханна ненамного старше Эдит, но сейчас она выглядела подобно ее заботливой, но строгой старшей сестре или даже матери. Она всегда казалась мисс Милтон более взрослой и рассудительной.

Настоящая же мать, вестимо, слишком занята, чтобы сразу же навестить дочь, пережившую худший кошмар в ее жизни.

– Спасибо тебе. Ты не поздравляешь меня, и это самое лучшее, что только можно вообразить, – все так же невесело отозвалась Эдит. Сегодня ей предстояло услышать тысячу раз, что она теперь ренвуар, как это чудесно и почетно! Сносить это ей предстоит еще много дней, пока все не уляжется.

– Ох, моя милая мисс. – Ханна опустила взор. – Не буду лукавить…

– За это я тебя и люблю.

 – Эдит протянула руки, и девушка ее крепко обняла. Так они и застыли на несколько минут.

Ладони Эдит нежно коснулись крепкой спины Ханны под красным платьем, а та поглаживала ее по плечам. Выглядели они сейчас точно кровь и молоко. Объятия Ханны стали чуть крепче, и Эдит невольно вздрогнула. Ощущение, будто ее держат двое парней, живо и ярко вырывалось из сна в реальность. Ханна выпустила юную госпожу и отстранилась, коротко и изящно откашлявшись.