Магинари. Облики Тьмы

Тильда быстро нацарапала несколько слов письменной палочкой и протянула служащему. Он пробежался глазами по бумажке и скривился.

– Такого нет в архиве.

– Но вы же даже не проверили. – возмутилась Тильда.

– Бланк самостоятельно проверяет каталог и выдает ответ. – отрезал юноша, показывая девушке бумажку, где вместо ее быстрого и нервного почерка было одно слово: «Нет».

– Может я написала не так? Дайте я исправлю. – девушка протянула руку за бланком.

– Вы вообще знаете, зачем пришли?

– Я же написала.

Но может нужно перефразировать? Может ваш бланк не понял почерка!

– Все он понимает. Этот поиск основывается на ваших мыслях и представлениях, а не кривых каракулях.

Тильда открыла рот чтобы выругаться на юношу, но тот рявкнул ей в лицо:

– Следующий!

– Не смейте меня прогонять, словно собаку из-под двери мясника. – возмутила она.

– Определитесь сперва что вы ищите, а потом возвращайтесь.

Юноша захлопнул дверцы на окне, полностью скрываясь за ними.

Оттуда донесся приглушенный голос.

– Перерыв!

Позади Тильды стало нарастать недовольное гудение, и девушка решила убраться поскорее. А то не ровен час, разъярённые горожане еще набросятся на императорского стража.

Жаркий душный воздух, давивший на голову, спал, словно покрывало, когда девушка вышла из узкого длинного коридора обратно на улицу Арноха. В городе стояла жара. Яркие солнечные лучи пронзали небольшие островки тени. Однако даже стоять под солнцем было не так ужасно, как выдерживать гнет сотен взглядов и насмешки прыщавого мальчишки.

Тильда села прямо на мостовую и сбросила с плеч плащ. Смахнула ладонями со лба пряди черных волос и глубоко вдохнула. В ушах заиграла городская симфония.

По мощеной брусчатке стучали колеса карет и повозок со снедью и товарами. Улицы наводнились людьми, торговцами газетами и цветами. Ноздри щекотали запахи проснувшегося города: аромат крепкого чая, свежего орехового хлеба, домашнего масла и фруктового пирога, яичницы и печеного мяса.

Впереди над гаванями парили размашистые каменные арки, откуда  стражи города провожали и встречали внимательными взглядами каждый кораблю, проплывающий по арнохской гавани. Там вовсю пировали чайки, делившие остатки добычи рыболовецкого судна, прибывшего еще с рассветом.

На высоких шпилях городских зданий развевались белые флаги с изображенным на них черным деревом и золотой звездой. Высоко над столицей серебрился Сишлинх.