Тайна двух океанов. Победители недр (сборник)

– Прошу прощения, Николай Борисович! Я не мог допустить такого положения в походе. А сердце у меня хорошее, и я не боюсь жары.

Капитан помолчал и медленно произнес:

– Вы, вероятно, хотели сказать, Федор Михайлович, что сердце у вас здоровое… Ну ладно! Идите к себе. И все же, – добавил он, усмехнувшись, – ждите появления вашей фамилии завтра в приказе…

Горелов поклонился и молча вышел. Капитан погрузился в рассмотрение карты рельефа дна и течений.

Наверху, на куполе экрана, появилась большая длинная тень с правильными и плавными очертаниями, заостренная спереди и слегка закругленная сзади.

Маленькое волнующееся облачко на заднем конце фигуры позволило с точностью установить, что именно она означает.

– Пароход над нами, – сказал старший лейтенант. – Идет к Тринидаду или в Каракас.

– Об этом вам тоже донес ультразвуковой прожектор? – недоверчиво спросил зоолог.

– Нет! – улыбнулся старший лейтенант. – Но через эту пустынную часть Атлантического океана в том направлении, куда судно идет, проходит только один более или менее оживленный путь – из Лондона к северным берегам Южной Америки: Тринидад – Джорджтаун – Каракас.

Наступило долгое молчание. Если бы не движение теней на экране, могло показаться, что подлодка замерла на месте. Даже монотонные, нагоняющие тоску вызовы Плетнева, казалось, слились с тишиной в центральном посту и не нарушали ее.

«Что с Павликом? – думал зоолог.

 – Где он теперь? Жив ли он еще, бедный мальчик? Каким чудом, какой случайностью он держался на кашалоте? Если правда, что он был на нем… Не померещилось ли Марату? Может быть, несчастный ребенок лежит сейчас где-нибудь в другом месте – бессильный, беспомощный, может быть, раненый, – и ждет спасения?..»

– Отвечай, Павлик! Отвечай, Павлик!.. Говорит «Пионер»…

Зоолог не мог оставаться спокойно на месте. Ему нужно было что-то делать, куда-то спешить, бежать, искать… Это безделье, эта мертвая тишина, полное отсутствие каких бы то ни было признаков движения корабля действовали на него угнетающе.

– Павлик! Павлик! Говорит «Пионер»… Говорит «Пионер»… Отвечай, Павлик!

– Пятьдесят минут, Александр Леонидович, – взглянул на часы зоолог. – Сколько мы прошли по прямой?

– Пятьдесят одну милю, Лорд.

– И ничего не видно… Ничего не видно… – вздохнул зоолог, возобновляя хождение по каюте.