Кубыш-Неуклюж

Потом послышался голос:

– Жоффрей, Серёжка! Чем вы так озадачились? Проститутку, что ли, нашли? А деньги уже все пропиты?

– Мы нашли Малыша, – ответил Серёжка, только сейчас догадавшись, кому принадлежит труп, и сразу поняв, кому принадлежит голос. Он не ошибся. К нему вразвалочку подошёл худой и длинноволосый очкарик лет сорока, рокерского вида. Звали его Олег. Он жил в четырёхэтажке напротив бойлерной.

– Да, Малыш, – проговорил он, направив на труп луч света из телефона, – значит, и до него добрались! Вот гады!

– Гады, только не те, – качнул головой Серёжка, – те арматурами забивают собак, а этот, видишь, зарезал! Крови – полно.

– Да, много, – признал Олег и, убрав мобильник, задумчиво закурил. Задумался и Жоффрей, усевшись на лёд. Было о чём думать. Малыш был добрым бездомным псом, любимцем всего двора. Его все подкармливали, особенно – тётя Маша, жившая в третьем подъезде той самой пятиэтажки, четвёртый подъезд которой был славен тем, что в нём жил бульдог, поводырь слепого.

Она заботилась обо всех собаках и кошках, которым в жизни не повезло. Не только кормила, но и сооружала для них жилища из ящиков и линолеума.

– А я, ты прикинь, сижу, читаю Фонвизина, и вдруг слышу – Жоффрей разлаялся так, как будто увидел чёрта! – сказал Олег, выпуская дым, – дай, думаю, выбегу, погляжу, что там происходит!

– Да, он его увидел, – бросил Серёжка.

– Чёрта?

– Убийцу. Поэтому и залаял.

Присев на корточки, Олег снова достал мобильник. Включил фонарик.

Окурок выпал из его рта.

– Ого! Представляешь, он его прямо распотрошил!

– Ты чего, серьёзно?

– Серьёзно! Сперва перерезал горло, чтоб не орал, потом кишки выпустил!

У Серёжки перехватило дыхание. У Жоффрея, видимо, тоже. Он заскулил.

– Заткнись! – психанул Серёжка, – Олег, Олег! А может, ментов позвать?

Олег решительно встал. Очки зло блестели.

– Шутишь? Каких ментов? Людей убивают – они не чешутся! Постой здесь, я сбегаю за лопатой.

– Как – за лопатой?

– Ну а за чем ещё я должен бежать? За кочергой, что ли? Надо его зарыть, а то тётя Маша и тётя Оля завтра с ума сойдут! Никуда отсюда не уходите.

Если урод вернётся, Жоффрей загавкает, и тогда я этому потрошителю сам мозги из черепа выну!

Серёжка признал эти аргументы очень логичными. Жоффрей – тоже. По крайней мере, он перестал пыхтеть и заважничал. Но как только Олег ушёл, они оба скисли. Неудивительно – ведь Малыш был их близким другом.