Сердце шторма. Нити жизни

У меня был один старый нож, у Чирано два новеньких кинжала из личной оружейной главаря гильдии договорных. Это была особенность моего ментора – он любил показывать несправедливость жизни личным примером. Во время схватки он захватил мою руку, завел ее за спину и прижал меня к полу. Я демонстративно вскрикнула. Чирано ослабил хватку, полагая, что победил и тут же был наказан за опрометчивость. Я перехватила нож в другую руку, вырвавшись из его захвата, обернулась, и рывком поднялась на ноги. Нож едва ли не оказался у его горла.

Он отшатнулся. Пользуясь его растерянностью, я за несколько секунд загнала Чирано к противоположной стене и зажала, сковав движения. Испытав на нем новый обманный маневр, который я подсмотрела у одной из приближенных к Отцу Договоров, выхватила у него из-за пояса кинжал. Орудуя двумя клинками, мне удалось выбить оба кинжала из рук главаря гильдии. Толкнула его ногой в грудь и приставила два перекрещенных клинка к горлу.

– Браво! – произнес Чирано с ноткой удивления в голосе. – Мои уроки пошли тебе на пользу.

– Твоей заслуги здесь нет.

– Ошибаешься. Мой вклад в твое обучение был таковым, что ты обрела уверенность двигаться дальше самой. Я создал тебя таковой, и только благодаря моим трудам ты становишься прекрасной наемной убийцей.

– Если ты так хвалишь меня, то отдай мне стоящий договор. Свои лживые слова засунь куда подальше. Я устала быть на подхвате в спецотрядах. Хочу собственные договора!

– Ух ты, какая пылкая! – прищурившись, засмеялся Отец Договоров. Он все еще был прижат к стене с клинками у горла.

 – Так недолго сжечь стул, на котором сидишь. Я подумаю над твоими словами.

– Катись на самое дно Огненной Геенны. – взбесилась я его ехидности.

Швырнув клинки к его ногам, я развернулась и вышла. Стоило немалых сил сдержать дрожь, от пробегающего по спине холодка и опасливо не обернуться. Я направилась туда, где Чирано и его посыльные точно меня не найдут.

Громадный гамак неспешно раскачивался на ветру. Убаюкивающее шуршание ветра в тканях, его ласковое прикосновение к коже и невероятная усталость, наступившая после непомерного напряжения, и я отключилась, уснув в растянутом над подъездным мостом знамени.

Мне снился тот же импровизированный гамак. Стояла теплая погода, небо было ярко-голубым и по нему изредка проплывали пушистые облака. Вдали кричали чайки, сражаясь за остатки утреннего улова рыбаков. Ветер трепал волосы.

Я подняла глаза в небо. По небосводу плыло облако в форме прекрасного орла.