Объекты в зеркалах

Той самой, лишь слабым продолжением которой стала наша война с верпами и властью…

Георгий закрыл глаза.

Как бы хорошо, как бы легко было сейчас просто взять и умереть. Пусть в механических, компьютеризированных лапах убийцы-«монохрома», под приглядом бесстрастных, жестоких верпов – но исчезнуть, уйти, раз и навсегда решив все проблемы.

Однако он понимал: так просто это не закончится. Не ту судьбу готовило ему… что? Время? Пространство? Бытие? Или отдельно взятый человек, волею случая спасший от гибели, тепловой смерти? Спасший, чтобы бросить в лапы более смертоносного понятия – вероятности?.

.

А важно ли, кто привёл к нынешнему итогу?

Да и что, в конце концов, он может противопоставить целому Государству заговорщиков и маньяков? Территории с тысячелетней историей… если только и она не вымысел, обман, мистификация, выдуманная с единственной целью – благоденствовать невзирая ни на что. Убивать, красть, жиреть…

– Держи.

Лишь сейчас Георгий понял, что лысый всё это время продолжал говорить.

Но бев и так рассказал статистику слишком много для того, чтобы Вавилин продолжал оставаться вне реальности. А теперь собеседник замолчал и, безмолвный и выжидающий, протягивал Георгию некий предмет.

На ладони лысого лежало нечто вроде тонкого плоского чипа или микроплаты. Помигивал по центру неяркий огонёк.

– Это сенсор, – объяснил бев. – Прижмёшь его пальцем, и на сигнал откликнется наше телепортационное оборудование. Оно перенесёт тебя куда надо.

– Телепортационное?! – выдохнул Георгий.

– О нём ты, разумеется, также не слышал, – утвердительно сказал лысый.

– Откуда оно у вас?!

– Что мы, зря с верпами воюем? – вопросом на вопрос ответил бев и подмигнул.

Георгий осторожно взял с ладони лысого телепортатор… или вещь наподобие него.

Подумать только, держит в руках технику, которая многие тысячелетия смущала и бередила умы учёных. Технику невероятную, невозможную… но оказавшуюся привычной, обыкновенной – здесь, в РЕАЛЬНОЙ действительности.

– А вы? – поинтересовался Георгий.

Лысый вздохнул, и статистик понял, что ответ будет непростым. Однако Вавилин никак не ожидал того, что в итоге услышал:

– Мы слишком долго воевали. ПорА это прекратить. ПорА освободить людей. И планету.

– Но каким образом?

Лысый помолчал.

– Понимаешь ли, не очень приятно быть бевом. Мы ведь не люди – не обычные люди, – а скорее существа.