Жизнь в приключениях

– А-ах, хорошо, – прокомментировал Болваниус, сделав то же самое. – Такой чумовой свежак на улице. Ты, кстати, правильно сделал, что не помыл руки перед едой, – ни к чему это бяке твоего уровня. Даже жалко немного… – неожиданно перескочил с одной мысли на другую мой дорогой братанчик – и тут же прикрыл рот рукой.

Мне это отчего-то совсем не понравилось. Может быть, оттого, что за годы, проведённые в обществе моей семейки, я научился предсказывать их поползновения, которые могут осложнить мне жизнь.

Здесь речь не идёт ни о какой параноидальности – только о банальной безопасности.

– О чём это ты? – И я произвёл стрельбу глазами, но не ту, которую используют женщины, а иного толка – вселенско-негодяйского.

– Да… м-м… в общем… У-у-у-у-у, – вдруг протянул Болван, развернулся и направился к замку.

– Чего "У-у-у-у-у"? Ты куда?

– Пойду посижу, книжку почитаю. Я буду у тебя в кабинете. В сейфе. Он ведь всемнепробиваемый?

– А… – Но договорить я не успел.

Полтора десятка аэромобилей показались на горизонте. Все, как и положено, того самого цвета. Но они не имели никакого отношения к нашей семье, зато к мафии – самое непосредственное.

Слава Брадху, мне удалось укрыться в доме до того, как полсотни парней в широкополых чёрных шляпах высунулись из окон, достали автоматы и дали очередь.

Задыхаясь – бегать в тяжелейшем металлическом костюме вроде моего не так уж просто, – я запер дверь, чуть отдышался, а потом рванул наверх, в свою комнату, выкрикивая на ходу ругательства и угрозы в адрес Болваниуса.

Казалось бы, чего мне бояться – костюм-то металлический. Всё бы ничего, но пули у мафии бронебойные, а у некоторых её представителей даже плазменные и ядерные!

– Выходи! – орал я, дёргая ручку сейфа.

– Не выйду.

– Выходи!.. Я хочу с тобой… м-м… поговорить.

– Ничего не получится.

– Что значит не получится? Я щас схожу за лазерным резаком…

– Не поможет. Ты забыл? Сейф сделан из дорогущего и редчайшего, ничем не пробиваемого металла.

– Ах, ты!.. – Я попытался успокоиться. – Ну тогда хотя бы пусти меня внутрь.

– Для этого мне придётся открыть дверцу. Так что фигушки.

– Я тебя разорву на тысячи частей, засуну их в тысячу коробочек, которые сожгу в тысяче печей, а прах потом развею по ветру с тысячи высоких башен!

– Вот наконец узнаю родного братца.

– Откро-ой!!! – И я застучал по дверце изо всех сил.