Скандар. Призрачный всадник

Скандар сглотнул, чувствуя на себе множество взглядов. Очевидно, что все слушатели поверили песне – но о чём она была? Он запомнил лишь обрывки.

– В ней вроде было что-то о духе? – спросил он. – И что-то насчёт мести?

– Не забивай сейчас этим голову, – быстро сказал Джейми, но от Скандара не укрылось, что они с Фло переглянулись. – Иди скорее к стартовому барьеру.

Бобби на Ярости уже направилась к остальным пискунам.

– Островитяне слишком серьёзно относятся к истинным песням, – фыркнул Митчелл.

Но Скандар не мог побороть нарастающую панику и, догнав Ярость, спросил:

– Бобби, ты расслышала песню? Я не понял, что…

– Скандар, давай потом? Мне ещё гонку выигрывать.

Ярость плюнула в Негодяя градом, тот в ответ на неё чихнул.

– Пожалуйста.

Даже сквозь щель на шлеме было видно, как Бобби закатила глаза:

– Я не поняла всего, но он точно пел что-то о том, как плохо убивать диких единорогов, бла-бла-бла, и что месть грядёт, тру-ля-ля, и что-то насчёт дара, который надо завоевать, трам-пам-пам, и про какого-то тёмного друга, верного духу.

– Тёмного мага, верного духу? Что это значит?

– Скандар, барьер! – вдруг крикнула Бобби.

Негодяй действительно достиг металлической перекладины, которая должна была подняться с началом гонки, оказавшись посреди дымящейся и искрящейся массы единорогов, пытающихся стихийными выборами отвоевать себе более выгодную позицию. Здесь собрались все пискуны, не только из тренировочной группы Скандара. Грива Негодяя, отражая его возбуждённое состояние, обледенела и тут же растаяла, намочив колени и руки Скандара.

Он заметил дальше в ряду Аластера верхом на Искательнице Сумерек. Он разговаривал с Наоми и Дивей, которых Скандар плохо знал, и указывал на него.

«Не думай о песне. Не думай о том диком единороге. Не думай о Ткаче. Думай только о гонке», – приказал себе Скандар.

Клинок и Ночь втиснулись по бокам от Ярости и Негодяя перед барьером. Ржавого цвета доспехи Ночи заскрежетали о чёрную кольчугу Негодяя. Воздух бурлил от остатков стихийных выбросов, создавая дикую магическую смесь.

– О чём там Аластер распинается? – прокричал Митчелл.

Его интерес был понятен: Аластер с друзьями не давали ему прохода ещё до того, как они впервые прибыли в Гнездо.

Скандар лишь пожал плечами, уверенный, что ему лучше не знать.

Перед барьером неторопливо прошли инструктор О’Салливан верхом на своём единороге Небесная Морская Птица в компании с инструктором Сейлор на Северном Кошмаре.