Осуждение и отчуждение

Тем не менее, Мария впитала этот и другие упрёки, которые также поистине не относились к ней, и прошагала, побагровевшая, дальше по коридору.

Девушка закрыла за собой дверь. В кабинете было серо и холодно. Вещи Масковой висели в шкафу, но самой дамы здесь не было. За окном моросил дождь. Ранимова включила две лампы и принялась за работу. Девушка сидела со спокойным лицом. Оно казалось безмятежным. На удивление, Мария уже позабыла о горестных словах, произнесённых неизвестными женщинами в коридоре. Она думала только о работе.

Через полчаса в кабинет вошла Маскова, встревожив непоколебимость Ранимовой. Девушке стало немного страшно и стыдно. Татьяна медленно прошла к своему рабочему столу, не спуская глаз с Марии. Ранимова предчувствовала, что та захочет что-то сказать, и оказалась права.

– По офису ходят слухи, что ты сделала аборт.

– Да, – невозмутимо ответила та, – сделала. А что?

– Да нет, ничего. Я особо не верила, но ладно… Слушай, Фамаева вообще сбредила. Начала говорить о значимости неродившегося ребёнка, а точнее, что ты его чуть ли не при родах сама убила.

Ранимова легко усмехнулась.

– Ты ей ведь поверила, да?

– Что? Нет, ни в коем случае, Маш. Я с тобой уже не первый год работаю и знаю эту гадину.

Мария оторвала взгляд от бумаг, откинулась на спинку и с невозмутимо-улыбающимся лицом спросила:

– А что ты думаешь насчёт этого?

– Насчёт чего? – с испугом тихо уточнила та.

– Насчёт аборта, Тань.

Сначала Маскова замешкалась: её взгляд забегал по потолку, по стенам.

– Знаешь, я не за аборты. Даже так: я довольно-таки против них, но, зная тебя… – она чуть протянула последний слог, неловко улыбнувшись и дав себе ещё время на размышления. – В общем, мне просто тебя немного жалко. Ты этого не заслужила. Дело, конечно, твоё, но я тебя особо не поддерживаю. Хотя, опять же, я не знаю всей ситуации.

Маскова глянула на Ранимову, дав понять, что закончила свои разглагольствования. Мария же по-доброму улыбнулась, не сводя с женщины своего взора, и сказала:

– Спасибо, хорошо.

После небольшого и неловкого для Татьяны диалога, наступила тишина, в которой слышалось: как стучит по окну дождь, как кричит в коридоре на недовольную пухлую женщину, что экспрессивно вчера размахивала руками, директор. И позже, через несколько минут, Татьяна решила разрядить гнетущую обстановку и переключилась на тему работы, расспрашивая Ранимову о том, что сама уже подавно знала.